Не знаю, известно ли теперь моим родным о моем новом статусе, но пока я принципиально держу руку с кольцом под столом.
– Где те люди, которые тебе помогли? – задает вопрос отец.
– Они помогли мне добраться до столицы, а именно до здания, где проходил суд. Там мы с ними и разошлись.
– Их нужно найти и поблагодарить. Оказать помощь, если она им нужна, – да, им нужна помощь, пап, но ты не представляешь какая.
– Не думаю, – отзывается Рован, чем привлекает к себе внимание.
– Почему? – задает ему вопрос отец.
– Я не думаю, что они случайно нашли Леонору. Наткнуться в лесу на бункер, который ещё нужно было и открыть, а после безопасно вскрыть капсулу, чтобы она не умерла… Должно слишком много раз повезти.
– Ты думаешь, что меня вытащили оттуда специально? – это уже спросила у него я, нахмурившись.
– Да. Поэтому мои люди разыскивают ту женщину, что была с тобой тогда на суде. Они отследили вас до больницы, где ты оплатила лечения некого Ирая.
Я не вздрогнула, даже постаралась не выдать напряжения, понимая, что за столь короткое время Рован узнал слишком многое. Чёрт. Да он даже про Ирая не должен был узнать.
– Вероятно, ты забыла упомянуть об этом, – он посмотрел мне в глаза, – или специально умолчала. Кто он такой, Леонора?
– Ты подозреваешь в чем-то мою сестру, Гарнет?! – Доусон едва отодвинулся на стуле, но звук эхом отразился в помещении.
– Нет. Я подозреваю тех людей, что её вытащили.
– Если бы они хотели что-то сделать, то зачем помогли мне? Да, я помогла Ираю, потому что один из полицейских плохо обошелся с ним. Ему потребовалась помощь, и я не сочла это настолько важным, чтобы рассказывать тебе, Рован, – сказала ему, когда он покрутил в пальцах бокал с чем-то крепким и выпил.
– Меня волнует всё, что связано с тобой. И я не позволю более кому-то забрать тебя.
– Те люди и не старались забрать меня. Они помогли, Рован, – я специально называю его по имени при других.
– Пока не буду уверен в этом точно, то они будут расцениваться не как, кто тебе помог.
– Думаешь, я вру?
– Думаю, что тебя могли обмануть, Леонора, а ты поверила. Те люди исчезли. Не считаешь это странным?
– Они были странниками, поэтому нет. Вероятно, они покинули столицу, так как им здесь не место. Что они могут позволить себе, когда в мире такие… ужасные законы. Как вообще всё дошло до такого?
Я взмахнула рукой, выражая тем самым всю глобальную ситуацию, а за столом воцарилась тишина.
Отец с мамой напряженно переглянулись, а Доусон кинул быстрый взгляд в сторону Гарнета. Лишь последний и Грейс никак не среагировали, спокойно поедая пищу. Интересно.
Мне так никто ничего и не отвечает.
Я тоже приступаю к пище, доставая из-под стола руку, чтобы позже оценить их реакцию и понять, знают ли они, что сделал Гарнет.
Наверное, проходит около десяти минут, когда Доусон первым замечает кольцо на моем пальце, поэтому тут же смотрит на Рована и видит тоже самое.
– Что это, мать твою, значит?!
Вот теперь он вскакивает со стула и подходит к Ровану, который даже не поднимает на него глаза, тщательно пережевывая еду.
– Сядь.
– Ответь мне, Рован.
– Леонора теперь моя жена. А теперь вернись на место.
– Что значит «Леонора твоя жена»? Когда? Если она вернулась несколько дней назад?
Я замечаю негодование в глазах родителей, однако они молчат, в отличие от Доусона.
– Если ты сейчас не сядешь, то я заставлю тебя это сделать.
– Попробуй, – рычит Доусон.
Рован откладывает столовые приборы в сторону и смотрит теперь на моего брата.
Я касаюсь его пальцев рук быстрее, чем он успевает что-либо сделать.
Не знаю, в ком этот жест вызывает больше удивления. Во мне, Гарнете или Доусоне.
– Я хочу поговорить с братом наедине.
Я сделала это лишь по той причине, что сейчас не место и не время для их разборок. Не думала, что Рован послушает меня, однако именно это мужчина и делает, выдавая кивок.
Встаю из-за стола и указываю взглядом Доусону в сторону выхода, слыша, как Грейс разговором отвлекает моих родителей.
Мы выходим из дома, оказываясь в полной вечерней тишине.
Сейчас тут совершенно спокойно, даже ветра нет. Воздух свежий. Здесь легко дышится, а ум успокаивается.
Мы с братом идем по саду, двигаясь в сторону, где находится лабиринт, который я сегодня случайно обнаружила. Пока оба молчим.
Чувствую, что он напряжен и недоволен.
Когда доходим, то садимся на одну из лавок.
– Я действительно теперь являюсь женой Гарнета, – начинаю говорить я, – для меня это стало точно такой же неожиданностью, как и для тебя. Он смог это сделать тайно, ему даже моё разрешение не понадобилось. Знал бы ты, как я его желаю побить за это! – поделилась с ним. – И он также не назвал мне четкой причины, почему так поступил. Сказал, что это «мера необходимости».
– И ты просто смирилась?
– Нет. Но я приняла это, – не скажу ему, что это не такая глобальная проблема на фоне того, что его могут вообще убить. – Тем более, Рован изменился… Вроде бы он всё такой же, но появилось в нем что-то такое, что пугает сильнее, чем было раньше. Он словно…
Я даже не могу выразить словами это.