Авторская редакция «Аквариума с золотыми рыбками».«Теперь нет никакой возможности определить дату, когда Земля была захвачена инопланетянами, можно быть только уверенным в том, что это произошло до 1600 г. от Р.Х.Если, конечно, она действительно была захвачена…»
Ни один рассказ Хайнлайна не имеет столь длинной, бурной (и точно задокументированной) истории, как «Аквариум с золотыми рыбками». Рассказ стал вехой, камнем преткновения, поворотным пунктом на пути сотрудничества Роберта Хайнлайна и Джона Кэмпбелла, и чуть было не послужил причиной ухода Хайнлайна из литературы.
Началось всё с отдалённых ассоциаций, пробежавших юркими тенями от Великого Лунария из «Первых людей на Луне» Г.Уэллса. Тут надо сказать, что писатели-фантасты Золотого Века изображали наших гипотетических братьев по разуму именно как
Через десять дней рассказ был готов. Первоначальное название «Аквариум с золотыми рыбками» было отвергнуто автором, в нём была слишком явная подсказка читателям. Новое название «Творение заняло восемь дней» тоже прозрачно намекало: сотворив людей и животных, бог не успокоился и после выходных сотворил ещё кое-что, что с большим основанием могло претендовать на титул «венец творения», чем первенец Адам. Хайнлайн был в восторге от рассказа — это была классная идея, это был чисто «кэмпбелловский» рассказ, который ожидал тёплый приём в «Astounding»… Но всё произошло иначе. Рукопись ушла в редакцию 11 августа, а через десять дней пришёл ответ, который начинался словами «Уважаемый м-р Хайнлайн». Хайнлайн был в шоке — они с Джоном давно были на «ты» и не обзывали друг друга «уважаемыми».
Уважаемый м-р Хайнлайн.
Я боюсь, что нам придётся вернуть рассказ «Творение Заняло Восемь Дней». Я не знаю, был ли он предназначен для «Astounding» или «Unknown». Он мог соответствовать тематике обоих журналов.
Основная проблема состоит в недостаточности темы рассказа; в этой истории не происходит ничего по-настоящему важного. Я боюсь, что у него просто нет никакого потенциала.
Я предлагаю вам отложить его в сторону на некоторое время и перечитать через три или четыре месяца, и тогда вы увидите, можете ли вы со мной согласиться.
Это официозное письмо повергло Боба в панику — он терял контакт с реальностью, в который жил его добрый друг Джон, с предсказуемыми кэмпбелловскими реакциями и понятными кэмпбелловскими предпочтениями. Письмо писал незнакомый Хайнлайну чужак. Единственная реальность, оказавшаяся под рукой, в этом новом, расползающемся по швам мире, было обещание Боба, данное ему самим собой год назад: уйти со сцены, как только закончится лафа с публикациями. Оправившись от шока, он пишет Кэмпбеллу письмо, полное показной бодрости, горечи, разочарования и какой-то детской обиды (сравнение с оставленной барышней тоже просится на язык):
