– Молодец, Мун, – сказал инспектор Гуд. – А теперь иди и разберись со второй подозреваемой.
Лайонел хотел понаблюдать, как Ханна работает, хотя бы пару минут. Она была девушка робкая, и если уж отдала ключ от его квартиры кому-то постороннему, то не сможет скрыть свое беспокойство, будет постоянно смотреть на часы и оборачиваться при каждом звуке.
Но риск попасться был слишком велик. Так что пришлось прибегнуть к маскировке: он прикрыл свою лысеющую голову париком с ярко-рыжими кудрями и достал с нижней полки шкафа длинный черный плащ. Этого хватит, чтобы остаться неузнанным в темном коридоре, а на большее он и не рассчитывал. Нет ничего более нелепого, часто думал он, чем тщательно замаскированный детектив. Ему становилось неловко при одной мысли об этом.
Он потихоньку прокрался из своей квартиры и встал на верхней лестничной площадке. Было слышно, как внизу по полу елозит мокрая тряпка.
Он осторожно спускался по лестнице, стараясь издавать как можно меньше шума. На середине пути он остановился и пригнул голову: отсюда можно было разглядеть Ханну в конце коридора первого этажа. В руках она держала швабру и, напевая себе под нос, механически возила ею взад и вперед. «Не похоже, что она нервничает и беспокоится». Но с такого расстояния нельзя было сказать наверняка.
Он ринулся вниз по лестнице и на улицу, словно куда-то торопился, и взглянул на нее, пробегая мимо. Но впечатление не изменилось. Она казалась расслабленной и даже не повернула голову при звуке его шагов.
Он почти столкнулся с инспектором Гудом, стоявшим на тротуаре около почтового ящика.
– Она тоже ни при чем, – сказал Лайонел.
Гуд уперся руками в почтовый ящик у себя за спиной, запрыгнул на него и уселся, болтая ногами в четырех футах от земли. Только мертвец может похвастаться такой ловкостью. Он взглянул на Лайонела сверху вниз.
– Тогда подумай, нет ли других подозреваемых.
Лайонел Мун вернулся к себе и стал ходить по комнате. «Кто же еще это может быть?»
У миссис Хашеми был друг, владелец цветочного магазина на углу. Лайонел часто сталкивался с ним, когда тот поднимался в ее квартиру с букетом в руках. Руки его были покрыты татуировками – следами другой жизни, но он всегда казался Лайонелу дружелюбным и, по всей видимости, безобидным.
Он остановился: откуда-то поблизости раздавались звуки фортепиано. На мгновение он замер. Казалось, они доносились от кого-то из соседей. Должно быть, это мистер Белл. На цыпочках он подкрался к стене и прижался к ней ухом. Было слышно, как поскрипывали половицы, и он понял, что за стеной не играют на фортепиано, а слушают граммофон.
Движение прекратилось, и Лайонел представил абсурдную картину: с той стороны к стене прильнул сосед. Внезапно раздался громкий стук в дверь квартиры Лайонела. Он настолько сосредоточился на музыке из соседней квартиры, что не расслышал шагов на лестнице.
Посетитель постучал снова, на этот раз громче. Лайонел застыл около стены и старался не дышать. Затем он услышал звук удаляющихся шагов, но они были очень быстрыми, и он не понял, куда направился непрошеный гость – вверх или вниз.
Он подошел к кухонному столу и положил на него револьвер, дулом от себя. Потом сел. Он ждал: чутье подсказывало ему, что гость еще вернется. С этого места просматривалась вся комната, и пистолет был под рукой. Он был немного разочарован, что дело, похоже, подходило к финальному акту, а он не успел разгадать загадку. Но подобные разочарования теперь случались часто: приближалась отставка, скорость мысли была уже не та.
Следующая минута тянулась долго. Инспектор Гуд не появлялся.
Вскоре гость вернулся – на этот раз с домовладелицей. Он сразу узнал ее походку. Последовало несколько ударов в дверь, а затем – пауза. Тишина. Безмолвие. Потом он услышал, как миссис Хашеми, испуганно рыдая, возится с замком. Услышал протяжный скрип открывающейся двери – и внутрь зашел мужчина. Это был его новый напарник, инспектор Эрик Лоран.
Лайонел так удивился, что его рука инстинктивно потянулась к пистолету. Но это движение было столь осторожным, что его никто не заметил, и Лоран с домовладелицей проскочили мимо в спальню. Никто не обратил на него внимания.
Он услышал, как Лоран произнес: «Он мертв», – и за этими словами последовал полный ужаса крик домовладелицы. Они вышли из комнаты, торопливо переговариваясь и даже не посмотрев в его сторону.
– Пожалуйста, позвоните врачу, – сказал Лоран. – Похоже, это убийство. Вот, доктор Пёрвис, мой знакомый. – Лоран записал на клочке бумаги телефонный номер и протянул его миссис Хашеми. – Скажите ему, что умер Лайонел Мун.
Она выбежала из комнаты.
На Лайонела накатило запоздалое холодное осознание, и тут он понял слова своего напарника. Он встал, пистолет тяжелым грузом лежал в его руке.
– Лоран, – позвал Лайонел.
Напарник не обернулся. Лайонел подошел к нему и помахал рукой у него перед лицом. Но Лоран не замечал его. Он прошел в спальню и уставился на кровать. В отчаянии Лайонел последовал за ним.
