Восьмой смертный грех полностью

– Это ты на мне сейчас крест поставила что ли? Ну ни хрена себе, комплимент! И откуда ты это взяла? Опытным путём проверяла? – не без ехидства вкрадчиво осведомился он.

– Нет. Научная литература. Здоровый интерес.

– Ну теперь моя очередь удовлетворять свой здоровый интерес, – хищно оскалившись, сказал и быстрым, и ловким движением, сомкнув руки на моей талии, рывком поднял и поставил меня на кровать. Вопреки своим габаритам двигался он искусно и проворно.

Я мгновенно напряглась, ожидая его действий, но не оттолкнула. Да и с такой горой мышц нелегко будет справиться в случае чего. Надеюсь, такого случая и не представится.

– Так-то гораздо лучше, – в таком положении я оказалась чуть выше его. Он помог мне снять кожанку, футболку.

Широко распахнутые серые глаза его блестели желанием и страстью, вызывая во мне трепет предвкушения. Я запустила пальцы в его волосы, удивляясь их мягкости. Его горячие ладони легли мне на поясницу и спину. Он медленно поглаживал и массировал кожу, притягивая к себе всё ближе и плотнее, распаляя меня всё больше. Переместив взгляд с глаз на его губы, я впервые испытала дикое желание поцеловать партнёра.

Незнакомец, прищурив хищный взгляд, без труда понимая мои желания, замер в ожидании.

Наклонилась ниже и не спеша провела кончиком языка по контуру его верхней губы, где бархатная кожа встречается с лёгкой щетиной. Медленно вобрала в себя и прикусила нижнюю, а после поцеловала в уголок рта. Отстранившись, я всматривалась в его лицо и не могла понять, что же происходит со мной.

Странность этого нового для меня желания ещё сильнее вскружила голову и затуманила рассудок. Ведь я никогда не придавала особого значения поцелуям.

Он не отвечал мне. Но его мощная грудная клетка тяжело вздымалась, и безумный взгляд исподлобья вызывал во мне мелкую дрожь и пробуждал все самые низменные желания. С грудным рычанием он яростно и жадно прижался к моему рту, напористо раздвигая губы и углубляя поцелуй.

Тяжесть сильного, красивого и обнажённого тела, терпковатый запах его кожи и невероятные ощущения, которые он щедро дарил мне, обволакивали и лишали любой мыслительной деятельности. Всё, что я могла и всё, что мне хотелось в тот момент это чувствовать.

Медленно выплывая из блаженной и расслабленной неги и постепенно приобретая ясность ума, я попыталась проанализировать произошедшее потрясение и этот взрыв чувственности в моём вечно холодном теле и мрачной душе.

Что это было? И как это можно объяснить? Да всё просто! Это безумие случилось со мной потому, что у меня давно не было мужчины. Точно! Именно так. Сколько? Месяцев 8, наверное. Ну и Тренер опытен и хорош собой. Вот и всё!

– Кто ты? Ты спортсменка? – послышался хрипловатый голос незнакомца. Он лежит на животе, тяжело дыша.

– С чего ты взял?

– Такое тело нельзя заиметь в фитнес-клубах. Да и растяжка у тебя что надо. Ну так что? Лёгкая атлетика или гимнастка?

– Кёрлингистка.

– А если серьёзно?

– А если серьёзно, то для разового перепиха информация не нужна, – быстро встала и, не без труда прогоняя слабость и дрожь в теле, начала собирать свою разбросанную одежду.

– Почему разового? Я предпочитаю часто и много. Вопреки твоей статистики, кстати, – с коротким смешком добавил. – Ты торопишься? Я отвезу, – тоже начинает собираться.

– Нет. Я сама, – категорично сказала и отправилась в ванную.

Более или менее привела себя в божеский вид. Глянув на часы – 01:15, быстро пошла на выход.

Прости меня, мой хороший! Припозднилась я сегодня.

– Я не понял, ты так просто уйдёшь? – уже почти одетый, спросил он.

– Могу денег дать на хорошую рубашку, – остановилась я в дверях.

– Рубашку? Тебе чем рубашка-то не угодила?

– Своим дебильным цветом. Она тебя нещадно уродует. Что ещё? Могу спасибо сказать и похвалить. Ты молодец! Хорошо постарался.

– Охренеть! Такое чувство, что ты меня поимела, а не я тебя.

Открыла входную дверь и прислушалась. Тишина. Вот паразит! Даже не поднял сой ленивый зад. А я, между прочим, торопилась… Он то ли заранее знает, куда и зачем я отправляюсь?

Прошла прямиком в душ смывать с себя запах другого самца, а то иначе мой Царь даже близко ко мне не подойдёт.

– Царь, на место! – Доберман, развалившись на моей кровати, лениво повернул голову и снова отвернулся. – Сколько тебе повторять, что это единственная запретная для тебя территория! Это моё место. Тебе сюда нельзя!

Этот хитрец научился по голосу определять, когда следует исполнить команду немедленно, а когда можно и поборзеть. И сейчас он чутко улавливает моё расслабленное не состояние воспитательной речи.

– Давай, давай. Вставай и иди к себе, – стащила я, наконец, с постели собаку.

Царь недовольно и осуждающе фыркнул, но побрёл к себе.

Уснула быстро и без сновидений. А проснулась, как всегда, в 04:58.