— Черт, поразительно, — проворчал он, прежде чем простонал, —
Удары стали стихать и замедляться, прежде чем он вошел еще раз и остался там. Он скользнул губами вверх по моей шее, вдоль подбородка и выше, поймав мои губы, проникая языком внутрь, целуя меня, на этот раз влажно и сладко.
Я прижала его к себе и поцеловала в ответ.
Все еще нуждаясь в кислороде, я оторвалась от него и прильнула лицом к его горлу.
Микки скользнул рукой между нами, по моему животу, мне под спину, сжимая руки и глубоко вдавливаясь, давая мне сексуальное, сладкое объятие, когда спросил:
— Ты в порядке, детка?
Я была в порядке.
В абсолютном порядке.
Даже несмотря на то, что он свел меня с ума.
Он сжал меня, настаивая:
— Эми.
— Я в порядке, — еле слышно ответила я.
Он все услышал. Прочел это в моем ответе.
Он знал, что свел меня с ума.
Я поняла это, когда его тело начало трястись и низкий удовлетворенный смешок завибрировал в груди, но он сделал это, двигаясь назад. Он прижимал меня к себе, и я понимала, что он делает, выходя из меня, укладывая в постель и касаясь губами моего горла, прежде чем прошептать:
— Сейчас вернусь.
Он откатился в сторону и натянул на меня одеяло, выдернув его из-под нас.
Мгновение я смотрела на потолок, прежде чем переместиться на свою сторону кровати, томно потянуться, потом свернувшись в клубочек, натянула одеяло на плечо.
Микки вернулся из ванной в одних джинсах, не сводя с меня глаз. Я тоже не сводила с него глаз, радуясь, что не ошиблась.
Это тело было твердым везде.
И совершенно чарующим.
Я мучительно пыталась запомнить четкие очертания его ключицы, пока он сидел на краю кровати.
Я не двигалась, просто путешествовала по нему взглядом.
Он улыбнулся мне, убирая челку с моих глаз и перекидывая волосы мне через плечо.
— Давно это было? — мягко спросил он.
Если бы он только что не свел меня с ума, я могла бы найти этот вопрос раздражающим.
Поскольку он это сделал, и ответ был очевиден, учитывая, что я обезумела и кончила два раза (может, три) я просто сказала:
— Да.
Его ухмылка не исчезла, когда он наклонился ко мне, перенеся вес на обе руки, оперевшись на матрас передо мной и приблизив ко мне лицо.
— Омлет на столе, я так понимаю, ты не ужинала, — заметил он.
— Нет, — ответила я.
— Любишь китайскую еду?
— Да.
Его ухмыляющиеся глаза скользнули по моему лицу, в них промелькнула захватывающая дух смесь нежности и веселья, я ответила ему чем-то подобным.
— Я закажу доставку, — заявил он.
— Вонтоны с крабовым мясом и сыром и горячий кислый суп, — тут же заказала я. — Удиви меня выбором еды.
Его взгляд перестал блуждать, он посмотрел прямо на меня и сказал:
— Ты же понимаешь, что это означает, что нам придется поступить безответственно и бесчувственно по отношению к голодающим народам мира, выбросив омлет. Яйца испортятся.
Во мне было достаточно силы, чтобы сузить глаза.
— Не выводи меня, Микки.
Он придвинулся ближе и понизил голос.
— Думаю, это работает в мою пользу, детка. — Слишком пресыщенная, чтобы клюнуть на приманку, я закатила глаза. — Поговорим, пока будем есть, — продолжил он, когда я вернула их обратно.
Я выдержала его взгляд и прошептала:
— Да, милый, было бы хорошо.
Он придвинулся еще ближе и легонько меня поцеловал.
Потом он отодвинулся, и я, не шевеля ни единым мускулом, только глазами, увидела, как он нагнулся и схватил свою рубашку. Я также наблюдала, как он натягивал ее, когда выходил из спальни в коридор.
На нем даже мятая, грязная футболка выглядела сексуально.
Я вздохнула.
Потом еще глубже зарылась в постель, думая, что все прошло довольно хорошо.
Микки больше не виделся с Бриджит.
Поразительно, что на ранней стадии наших отношений он ожидал, что мы не будем встречаться с другими.
Тот факт, что он не писал мне с утра предыдущего дня, был простой ошибкой.
Он оказался безумно феноменален в постели.
А еще ему нравилась китайская еда.
Да, все прошло очень хорошо.
Так хорошо, что лежа голой в своей постели, пока Микки заказывал китайскую еду, я начала улыбаться.
*****
Сделав заказ, Микки вернулся ко мне и сказал, что идет к себе принять душ и снять пыльную одежду.
Затем он снова сел на край кровати, но на этот раз поднял меня на руки, крепко поцеловал, закончив, коснулся губами моего носа, уложил обратно в постель, встал и ушел.
Я была разбита, но у меня только что был секс с Микки. Мы собирались поужинать вдвоем у меня дома.
И мне было все равно, что я буду делать, что буду говорить.
Я не собиралась упускать такую возможность.
Поэтому, как только я услышала, что входная дверь закрылась, я откинула одеяло и вскочила с кровати.
Я надела новое нижнее белье — бежевое, кружевное, сексуальное — и свободные брюки для йоги (Джози не одобрила мою покупку, посмотрев на них с отвращением и заявив, что она боится, что штаны для йоги предвещают смерть моды). Я скомбинировала их с темно-розовым, легким кашемировым свитером с глубоким вырезом на спине, который удерживался на плечах тонким кашемировым ремешком.
