«Аврора в безопасности», — сказала себе Серена. Хотя ее и коробило называть «любовью» то, что связывало эту обманщицу с ее девочкой, она была убеждена, что дочери ничего не угрожает.
В то же время Серена не сомневалась, что шоколадные монетки — подарок ее соперницы, демонстрирующий, насколько далеко готова зайти эта женщина. Бьянка будет сражаться, как львица, чтобы защитить то, что она любит. И собственно, ей не впервой.
Как ни больно это признавать, самозванка вела себя как любая мать.
Но и Серена не собиралась сдаваться. Вернувшись в Милан, она придумает способ продолжить борьбу — обратится к адвокату и, возможно, даже привлечет СМИ.
Она поднимет такой шум, что в конце концов кому-то придется ее выслушать.
Выстроив этот новый план, Серена хотела было сунуть присланную Адоне фотографию в рюкзак. Но остановилась и вгляделась еще раз. Все началось заново с этой трехлетней девочки в белом платьице и лакированных туфельках. И Серена почувствовала, что должна бороться в том числе и ради Леи: дочь Бьянки тоже заслуживала правды. Ее место в мире отняли силой. Мать подменила ее посторонней девочкой. То, что Бьянка дала своей пленнице имя дочери и подарила ей всю Леину жизнь, ничего не меняло. Даже наоборот, усугубляло ее вину. Потому что в конечном счете Бьянка это сделала только для себя.
Что скрывает Бьянка Стерли, кроме того, что она циничная эгоистка?
Серена передумала снова: теперь она решила, что должна это выяснить. Положив фотографию в боковое отделение рюкзака, она нашла в кармане увядшую розу, которую подобрала с пола в церкви Черного камня.
Раньше она приписывала счастье встречи с Авророй этому засохшему цветку, считая его своего рода амулетом, но теперь, держа его на ладони, решила, что он ей больше не нужен. Чуть было не сжала кулак и не растерла розу в пыль, но остановилась.
Цветок не ее — она присвоила его без разрешения. Точно так же Бьянка Стерли поступила с Авророй. А Серена не желала ни в чем походить на эту женщину. Пусть это нелепо, но, покидая Вион, она вернет увядшую розу туда, где ее нашла.
Небо было пасмурным, и над долиной уже несколько часов моросил дождь.
Возможно, отчасти поэтому Серена добиралась до горного убежища ужасно долго. На перевале не было туристов, отдыхавших после прогулок. Место выглядело безлюдным.
Накинув на голову капюшон куртки и надев на спину рюкзак, Серена зашагала по тропинке через рощу туда, где стояла деревянная церковь.
Вскоре она узнала большой черный валун, рядом с которым в далеком 1853 году эту церковь возвели. Как и в прошлый раз, дверь была только притворена.
Серена, уже промокшая под дождем, вошла в маленькое помещение.
Витражное стекло словно погасло. Солнце затянуло тучами, и калейдоскопического эффекта не возникло. Без этого волшебства церковь стала мрачной.
Но тишину нарушал новый звук. Шум воды.
И не только стук дождя по крыше. Откуда-то доносился рев бурного потока, вероятно напитавшегося многочасовым дождем.
Прежде чем пройти вглубь, Серена потопала по полу, чтобы не оставлять грязных следов. Вроде бы очистив подошвы, она достала из рюкзака увядшую розу и направилась туда, где ее нашла.
Однако там она обнаружила на дощатом полу новый цветок. На сей раз — белый георгин.
В отличие от розы, георгин был очень свежим. Судя по всему, кто-то оставил его недавно.
Серена подумала, что проделала весь этот путь только затем, чтобы привезти засохший цветок. Как последняя дура. Сколько бесполезных поступков она совершила с тех пор, как приехала в Вион? Сколько времени и сил потратила впустую?
Увядшая роза у нее в руках показалась ей символом всей ее жизни.
В прошлом она могла бы постараться быть хорошей матерью, но свела отношения с дочерью к поверхностной ерунде — путешествиям, шопингу, отдыху в роскошных отелях. И если сейчас Аврора ничего не помнит о прежней жизни, то только по вине Серены. Возможно, она не дала девочке веских причин помнить свою настоящую мать. Это воздаяние за ее черствость.
Тот, кто приходил возложить цветы на пол заброшенной церквушки, наверняка был лучше Серены: она-то ведь не позаботилась сделать то же самое ради души дочери. И отсутствие могилы ее не оправдывает.
Злясь на себя, Серена пошла к выходу. Но, сделав три шага, остановилась. Еще раз обдумала свою последнюю мысль. И снова обернулась к георгину на полу.
Охваченная внезапным волнением, она сняла со спины рюкзак и достала фотографию Леи. Со снимком в руках подошла к цветку и кое-что поняла; открытие ее ошеломило.
Георгин и розу оставили в том самом месте, где позировала перед камерой девочка в белом платьице и лакированных туфельках.
Серену бросило в жар, по спине пробежала дрожь.
Нужен какой-то инструмент.