– О, нет, она бы не посмела! – заявил он. – Ей придется считаться со мной! А если бы я увидел, что она или кто-либо еще унижает моего Котенка…
– Но все дело в том, что тебя не было бы рядом, чтобы увидеть это, – сухо заметил мистер Рингвуд. – Полагаю, ты ведь не намерен поселиться в Шерингем-Плейс, а, старина?
– Нет, но… Да, естественно, я бы ездил туда время от времени, и… – Он умолк, мрачно и с вызовом глядя на друга. – Значит, ты считаешь, я сделал ошибку, когда решил отвезти туда Котенка, не так ли? Много ты понимаешь!
Мистер Рингвуд, пропустив мимо ушей последние слова друга, откровенно ответил:
– Да, считаю.
– Клянусь богом, что еще мне оставалось? – вспылил Шерри. – Мы не могли и дальше продолжать жить так, как раньше! Проклятье, мы женаты всего-то четыре месяца, а если бы ты знал хотя бы о половине тех сумасбродств, что едва не выкинула Котенок, не окажись я рядом…
– Ага! – прервал его мистер Рингвуд. – Вот ты и заговорил о самом главном, Шерри. Она не совершала никаких сумасбродств, пока ты был рядом.
– Черт побери, но как я могу все время быть рядом? Или ты полагаешь, я должен отказаться от своего прежнего образа жизни только потому, что женился?
– Я полагаю, для тебя пришло время остепениться немного, мой мальчик. Правда, мне самому эта идея никогда особенно не нравилась, вот почему я и остаюсь холостяком. Я считаю, мужчина не может продолжать и дальше жить по-прежнему после того, как свяжет себя брачными узами. И что ты теперь намерен делать?
– Найти ее, разумеется! Я было решил, что она уехала или к моей тетке Фейкенхем, или даже к леди Сефтон, но ее там нет. Говорю тебе, у меня уже голова кру́гом идет, Джил! Суди сам: я слушаю все эти выдумки о том, что ей нездоровится; отгоняю любопытных, пытаясь сгладить неприятности, которые принесла эта чертова несостоявшаяся гонка; не знаю, где искать ее… И вдобавок я еще вынужден по-прежнему жить в этом проклятом доме… Словом, иногда мне хочется собственными руками свернуть Котенку шею! С тех пор как она сбежала, мне даже некогда было хоть на денек вырваться на охоту; я мотаюсь по всей Англии, ищу ее; а еще меня снедает такое беспокойство, что я не могу спать по ночам! Проклятье, да она может позаботиться о себе не лучше той канарейки, подаренной тобой! Только не говори мне, что я отвечаю за Геро! Но правда такова: мне изначально не следовало жениться на девчонке, едва выпорхнувшей из пансиона!
Мистер Рингвуд, метнув на виконта острый взгляд исподлобья, спросил:
– Жалеешь об этом, Шерри?
– Мне вообще не нужно было ни на ком жениться! – с раздражением воскликнул Шерри. – Посмотри на меня и не повторяй моей ошибки, Джил! В женитьбе нет ничего хорошего, одни беспокойства и неприятности; а самое плохое заключается в том, что ты ничего не можешь изменить и… – тебе этого даже не хочется! Полагаю, вся штука в том, что к наличию жены привыкаешь, пусть и незаметно, а потом… Проклятье, Джил, я очень скучаю по ней!
– Смею надеяться, она вернется к тебе, – невозмутимо ответил мистер Рингвуд.
– Да, то же самое я говорю себе, а иногда даже верю в это. Быть может, она решила подшутить надо мной, потому что всегда была непослушной и озорной девчонкой! А потом я начинаю думать, что нет, этого не может быть, а затем спрашиваю себя, во что она могла впутаться на сей раз… Словом, ничего удивительного, что сон бежит от меня! Ах, если бы у меня была хотя бы зацепка, где ее искать! – Виконт провел рукой по своим светлым волосам. – Изабелла вернулась в город. Так во всяком случае говорят. Пожалуй, она сможет помочь мне, потому что с Котенком они дружны с самого детства. Я отправил ей записку и попросил о личной встрече. Не знаю, можно ли довериться ей насчет того, что она не станет болтать об этом на каждом углу, но, если Котенок не вернется в самое ближайшее время, правда, рано или поздно, все равно выплывет наружу, так что особой роли это не играет.
Закончив разговор с Шерри, мистер Рингвуд остался вполне доволен услышанным. Он даже заявил лорду Ротему, что, по его мнению, дело уладится ко всеобщему удовлетворению, и наложил решительный запрет на предложение его светлости рассказать Шерри всю правду.
– Проклятье, Джил, мне это не нравится! – сказал Джордж. – Ты не представляешь, какие страдания испытывает мужчина, когда женщина, которую он любит…
– У нас нет причин полагать, будто Шерри любит Котенка.
– А я в этом уверен. Он выглядит больным, не ездит на охоту, не бывает на скачках и даже не заглядывает в «Вотьерз»!
– Это ему не повредит, – заявил мистер Рингвуд, на которого столь жалостливая картина не произвела особого впечатления. – Собственно говоря, я думаю, ты прав и он действительно любит ее. Но сам об этом не знает, а ему пора бы узнать. Только сегодня Шерри говорил, что хочет свернуть ей шею. Ему предстоит пройти еще долгий путь, Джордж.
