Ева попыталась убрать свою голову в сторону, но здоровая рука Фила прижала ее к капоту, а Грег накрыл своей ладонью ее нос и рот. Ей пришлось вдохнуть порошок в свои легкие.
Ева замерла.
Около минуты она стояла в оцепенении, пытаясь откашляться. А затем внезапно Ева увидела как сотни ярких, розовых фейерверков заискрились перед ней, как бенгальские огни.
В глазах помутнело, а по ее телу побежали волны тепла. Страх и опасения исчезли сами собой. Она почувствовала, как она теряет контроль над собой, а потом, как ее взяли за руки и потащили куда-то.
Сквозь окутавший ее сознание серый туман, Еве показалось, что ее бросили на мокрую землю, вокруг запахло сыростью и грязью. Она попыталась поймать свои убегающие мысли, сосредоточиться и собраться силами, но ни ее сознание, ни тело, не слушались ее.
– Тащи ее сюда, – скомандовал Грег.
– Как скажешь, – ответил его напарник и оттащил Еву.
– Хороший вид, – загоготал капитан, подойдя ближе.
Еще некоторое время двое полицейских о чем-то разговаривали, но Ева уже забыла, кто они и что они собираются делать. Их голоса смешались в какофонию беспорядочных звуков, а лица растворились в воздухе, как утренний туман.
Когда к двум мужским голосам присоединился третий, Ева уже была без сознания. Она не слышала их короткий разговор, после которого едва слышно прозвучало несколько выстрелов. Это был обычный пистолет с глушителем.
Двое полицейских замертво упали на землю рядом с Евой, окрасив струйками крови серо-зеленую траву.
Дик Ричардс подошел к лежащей на земле Еве, некоторое время молча смотрел на мертвых полицейских. Он бросил пистолет рядом с полицейскими, а затем поднял и отнес Еву в свою машину.
* * *
Просыпаться в одной постели со своим домашним биороботом непривычно. Я пытался относиться к Лексе как к человеку, да и она с какой-то пугающей быстротой все больше напоминала мне обычную девушку, а не созданного с помощью биотехнологий робота со стандартным набором мыслей и эмоций. Она хотела любви, о которой узнала из кинофильмов. Я не мог быть героем ее фильма.
Я выбрался из теплого клетчатого одеяла, опутавшего нас и сел на край кровати. Солнечные лучи рассеянными брызгами уже просачивались сквозь фиолетовые шторы.
Не знаю, сколько Лекса выпила мохито, но она все еще спала. Биороботам сон нужен гораздо меньше, чем людям. Я посмотрел на настенные, квадратные часы – 9 утра, а значит, она спит уже около восьми часов. Долго.
Вчера она казалась мне живой, чувственной, мыслящей самостоятельно, а сегодня – я осознал это – за всеми ее мыслями, чувствами я не смог бы разглядеть ничего человеческого. Может, потому, что это были не ее собственные мысли, а вырванные из кинофильмов обрывки фраз.
Я обернулся и посмотрел на лежащую в кровати обнаженную Лексу, прикрытую одеялом, хотел было ее разбудить, чтобы она приготовила кофе и завтрак, но так и не решился.
Это было безумием. Мне впервые было жалко биоробота.
Предчувствие не простого дня проснулось вместе со мной. Я старался не думать о предстоящем задании, о том, что мне необходимо будет проникнуть в лабораторию, но мысли об этом то и дело напоминали мне о своем присутствии.
Вчера мне удалось выкроить несколько часов и обдумать предстоящую операцию. Корпорация “R-tech”, которой принадлежала лаборатория, была знакома мне не понаслышке. Ее боевой костюм я получил в подарок от Организатора. Владелец корпорации – Вэйн Райс, серьезный, влиятельный бизнесмен. Играть с ним в подобные игры было опасно.
Я предполагал, что окажусь внутри лаборатории, скорее всего, без оружия и это делало задание еще более опасным.
Если я попаду в руки людям Райса, они уничтожит меня, как крысу, невольно проникшую в чужие владения. Я не хотел становиться крысой.
Чтобы убежать от своих тревожных, утренних мыслей, я первый раз за несколько месяцев включил телевизор. Хотелось найти канал с музыкой, но везде были только выпуски новостей.
На одном из каналов горячо обсуждали новость про третье поколение биороботов, созданных корпорацией “R-tech”. И здесь эта корпорация. Я даже запомнил часто повторяющееся словосочетание, используемое неумолкающим ведущим – “революция в индустрии” – после чего выключил телевизор и направился на кухню.
Добравшись до обеденного стола, я с удивлением обнаружил на нем поднос с завтраком и кофе. Когда Лекса успела его приготовить?
Я сел за стол, над столом мерцало голографическое изображение входящего сообщения.
– Вам сообщение от Лексы, – неожиданно произнес голос Арис.
– Спасибо, Арис.
Текст сообщения повис в воздухе голубыми, светящимися буквами.
“Дорогой Нэйт Фьюри, – я медленно стал читать. – Спасибо тебе за то, что ты добр ко мне. Ты очень хороший человек, а я и не знала раньше об этом. Завтрак на столе, и я рада, что могу быть рядом с тобой. Люблю тебя, твоя Лекса.”
Я не сильно удивился признанию Лексы, учитывая, что мы вчера разговаривали о чувствах и любви, но переводить наше с ней общение в плоскость проблемы не хотел, да и сегодня были дела поважнее.
Любовь и роботы. Бред какой-то, и я был частичкой этого бреда.
