«Могли и получше объяснение придумать, Ну, там, отказ двигателей, несчастный случай, — подумал я, рассматривая обожженный корпус рейдера, который воздушные камеры снимали со всех ракурсов. — Да, неплохо сработано! Здорово мы его подкоптили».
Из-за сбитого «пирата» слетела со своих постов не одна сотня чиновников и военных на Калипсо. Только это совсем никак не освещалось в СМИ и тем более не комментировалось. Об этом я узнал много позже от Мэрчента и Стэна.
В течение следующего месяца Рой еще несколько раз подкидывал мне разные задания. Я минировал научные лаборатории и исследовательские центры, которые косвенно относились к программе «Генезис».
А как-то поутру столица не досчиталась здания в самом центре… Это я с помощью имплантатов перехватил управление грузовым стратолетом и направил его прямо туда. Стратолет, летевший с соседнего континента с взрывоопасным грузом для военной базы, вторгся, словно управляемая ракета, в воздушное пространство столицы и лихо врезался в фешенебельную гостиницу. В ней в это время проживали чины, прибывшие на экстренное совещание по вопросам безопасности. Тогда триста человек сгорели заживо под обломками гостиницы. Я не испытывал по этому поводу ничего, кроме мрачного удовлетворения. Такую жирную цель, как это совещание, я просто не мог упустить. К счастью, в гостинице, кроме чинов и их охранников, никого больше не было. Прислуга состояла целиком из андроидов.
Другая цель комфортно отдыхала на собственной яхте в открытом океане. Взобравшись на маленькую скалу, печально торчащую из воды в сотне километров от побережья, я с расстояния более пяти километров попал управляемой ракетой чуть ниже ватерлинии. Пришлось топить клиента вместе с его охраной. С этой скалы меня забрала малая субмарина компании, пока сюда не понаехали спасатели и военные, взволнованные отсутствием маркера яхты на радарах. Перед тем как прикончить цель, я на расстоянии выпотрошил ей мозги с помощью имплантата Рура.
Это убийство окончательно поставило службу Имперской безопасности на дыбы. Убитый мной человек оказался могущественной политической фигурой, хоть и именовался в официальных кругах «первым заместителем начальника по транспортным перевозкам министерства звездной торговли системы Кассиопеи». Из его головы удалось выудить месторасположение скрытых заводов по производству экстази. Заводы находились на соседнем континенте. Там в скором времени планировали провести операцию по их уничтожению.
Каждый день я продолжал изучать и совершенствовать свои имплантаты, которые мне все больше и больше нравились своими безграничными возможностями. Они были уникальны, и, следовательно, от них пока не существовало и действенной защиты. Каждый раз, включив устройства, я оказывался в мире электронного свечения и энергетического мерцания, фиксируя беспроводные линии связи и электролинии. К сожалению, радиус действия был невелик, и приходилось захватывать управление над одной машиной, затем с помощью ее ресурсов добираться до следующей и так далее по цепочке, пока нужная цель не оказывалась в моем плену. Все это было жутко утомительным, требовало массу нервной энергии, которой порой не хватало. Что касается моего мозгового зонатора, то он доставлял все меньше и меньше хлопот. Главное, было постоянно тренироваться и не давать ему отдыхать.
С той поры, кроме перехвата кусочков мыслей и предугадывания опасности, я научился потрошить воспоминания субъектов, на которых его испытывал. Хотели они того или нет, но без стандартных ментальных щитов, которые обычно использовали на войне в качестве защиты от псионического воздействия, мои жертвы не могли защитить свои мозги, становясь легкой добычей.
Было еще одно умение, которое поначалу внушало только ужас и отвращение. Потом я понял и его преимущества. Зонатор в миллионы раз увеличивал определенные частоты мозговых волн. Сконцентрировав волны до критической точки, я просто выпускал их в пространство. Зрачки стали фокусом, отлично концентрируя энергию. Достаточно было вызвать в себе жгучую ярость и ненависть и пристально посмотреть на цель. Своего рода псионический луч легко разрушал нейроны головного мозга и спекал их, убивая жертву мучительно и страшно.
Волны как-то действовали и на точные приборы, и те начинали сходить с ума.
Чем сложнее механизм, тем проще его вывести из строя. Именно так я и деактивировал корпусной маячок на рейдере, когда летел в систему Аврила, убегая с Эпилона..
Проходя десятки соединений, я захватывал контроль над каким-нибудь навигационным спутником. Их много парило над Калипсо. Затем связывался со своим кораблем, приводя в изумление Железяку. Он видел спутник и его сигнал, но не видел передающее устройство. Такая связь была одной из самых безопасных, особенно когда я заметал за собой следы — менял орбиту спутников, сжигая их в атмосфере.
