Джареду в знак согласия и тот одним резким движением вправил кость, словно делал это уже много раз. Пьетро заскрипел – не более того и откинул голову назад, когда они с Джеем взялись за руки и принялись исцелять друг друга.
– С ними все будет хорошо, – Илай провел шершавым пальцем по моему лбу. Его кулаки и костяшки имели темные корки и свежи шрамы – то, что осталось от ран. Лицо было в худшем состоянии. Губа все еще рассечена и кровоточила. Один глаз заплыл и совсем закрылся, под другим был массивный кровоподтек. Брови и кончики волос обгорели и свернулись в маленькие кружки.
– Ты выглядишь ужасно, – слабо улыбнулась я.
– Ты тоже, – уголок губ приподнялся, словно в насмешке, перед тем как он прикоснулся ими к моим. Я все еще улыбалась и опять замычала, на этот раз от удовольствия целуя его шершавые, потрескавшееся губы. Солоноватый вкус его крови появился у меня во рту и даже это казалось волшебным.
Волна приятного покалывания пронеслась сквозь меня к нему, разряды тока бегали между нами озорными искрами, все мои раны начали исчезать, как если бы их стирали ластиком с листа бумаги и я могла чувствовать, как отступает боль внутри, кости тоже срастались и тут она вспыхнула опять. Жажда. Я принялась целовать его сильнее и даже укусила за губу, потянула ее, руками вплетаясь в его волосы, чувствуя в них каждую пылинку и мелкий мусор вроде кусочков палок и листьев.
– Тише, – выдохнул он мне в рот, – притормози, – он не отрывался от меня и его аромат, воздух из его легких влетели в меня с запахом его жизненной энергии. И я не остановилась, а вдохнула глубже, приоткрывая глаза и увидела, как знакомые золотистые ниточки потянулись ко мне. Через плечо я увидела шокированный взгляд Джареда – полный отвращения и это подействовало как ушат ледяной воды. Я отпрянула, дыша глубоко, словно бежала без остановки мили. Он резко отвернулся, я перевела взгляд на Илая. Он приоткрыл глаза. Неужели не заметил? Он выглядел… словно опьяневший.
– Вот это поцелуй, – проговорил он тихим голосом. Я только сильнее ослабила его? Я почувствовала к себе отвращение.
– Нам пора убираться отсюда, пока здесь не объявились полицейские, – проговорил Джей, бросив на меня еще один убийственный взгляд. Он помог Пьетро встать на ноги. Джордана с Нитом уже ожидали нас у ступеней.
– Жаль признавать, но они правы, – Илай
поцеловал меня в щеку и пошатываясь привстал, чуть не поскользнувшись на мокром камне. Я же, вскочила словно на пружине и огляделась.
Тучи плыли с огромной скоростью, словно серые стаи сардин. Лило словно из ведра, смывая грязь и кровь, все следы сражения. Об остальном позаботился Джей и Нит. Вид горы говорил лишь о том, что этой ночью мощные молнии разрушили статую. Повсюду валялись обломки камней и суховей – последствия внезапного урагана.
Далеко, на горизонте, из-за позолоченной кромки гор, вставало солнце, словно воскресая – сияя в стене дождя всеми цветами спектра. В рассветных лучах окрестные равнины, горы и холмы казались сказочно лилового цвета, а океан был красным, как будто вместо воды в него влили кровь. Много крови. Белый снег все еще покрывал землю, но стремительно таял, грязными потомки утекая вниз, по склонам Корковаду. Все уже спустились на уровень вниз.
– Ты идешь? – Илай протянул руку.
– Да, – ответила я, балансируя на первой ступени на подошвах сандалий и оглянулась в последний раз. Солнечный свет, набиравший силу, осветил все вокруг – острые, словно зубы вершины скал и океан – он запылал словно объятый пламенем.
В Амбрэ была уже глубокая ночь, когда мы добрались домой. Из-за густого тумана было видно лишь на несколько метров вперед, да и то, фары отражались от капелек и казалось, что перед нами сплошная стена из серебристой пыли. Мы заехали на самую вершину горы, на которой, как гнездо, стоял наш дом – огромным особняк с белым фасадом, наполовину выкроенный из прозрачного стекла, словно кутался в дымке. Окруженный массивными деревьями – их развесистые ветви переплетались вместе, создавая шатер из листвы и веток. Убежище туатов.
Все вошли в дом и сразу разбрелись по своим комнатам, я добралась до своей, распахнула двери и сразу отправилась в душ. Я воняла словно опаленная куриная тушка. Я ступила на кафельный прохладный пол и включила горячую воду. Она струями потекла вниз, смывая грязь и кровавые корки. Я чувствовала себя превосходно. Энергия воды наполняла меня больше и вскоре, я мурлыкала версию песни "лишь бы никто не услышал, как я пою в душе" под аккомпанемент воды. Кажется, эта песня играла по радио несколько раз по пути домой и ее слова теперь непрерывно прокручивались в моей голове. Слегка раскачиваясь из стороны в строну, я запрокинула голову назад и вылив на ладони гель для душа принялась размазывать его по телу и припевать. Мягкая и пушистая пена обвивала меня словно облако из пионов – с ног до головы.
