Восстание «красных войск» в Китае полностью

Немедленно после взятия Цзицина были созваны все чиеновники и фу лао города. Выступивший перед ними с речью Чжу Юань-чжан заявил: «Юаньское правительство вызвало смуты. Повсюду идет война. Я пришел, чтобы избавить народ от беспорядков. Вы по-прежнему занимайтесь своими делами. Мудрых я с почтением буду назначать на службу. Все непригодное из старого правления уничтожу. Чиновники не посмеют заниматься злоупотреблениями и вредить моему народу» [98, гл. 1, 5а; 112, гл. 213, 5797-5798].

Речь Чжу Юань-чжана свидетельствовала о том, что взгляды и программа его советников стали его взглядами и его программой. Если в начале восстания в Хаочжоу повстанцы уничтожали всех чиновников, то теперь они намерены «с почтением назначать их на службу».

Взятием Цзицина в апреле 1356 г. кончается первый этап восстания «красных войск», вышедших из Хаочжоу.

В начале восстания в Хаочжоу бедняки, не желая терпеть насилий правительственных войск, шли к повстанцам, а богачи, имевшие землю и деньги, создавали отряды ибин для борьбы с ними. Теперь богачи подносят повстанцам золото и серебро и сами становятся во главе их. Если конфуцианцы, даже беднейшие из них, яростно боролись против «красных войск» Лю Фу-туна, то у Чжу Юань-чжана конфуцианцы формулируют программу восстания и в соответствии с ней направляют его ход. Если сначала повстанцы Хаочжоу помогали другим повстанческим отрядам, то теперь их главной целью объявляется ликвидация, с одной стороны, «смут» (луань) — термин, которым обычно назывались народные восстания, — с другой, юаньского правительства, своей политикой вызвавшего эти «смуты». (95/96)

31 марта 1355 г. (день цзи-вэй 2-й луны 15-го г. чжи-чжэн) руководители северной ветви «красных войск» Лю Фу-тун и другие, разыскав сына первого вождя восстания, главы общества «Белый лотос» Хань Шань-туна — Хань Линь-эра и его мать, бежавших в 1351 г. после гибели Хань Шань-туна в горы, привезли их в г. Бочжоу и объявили о создании повстанческой империи Сун. Тем самым был осуществлен один из двух лозунгов восстания.

Хань Линь-эр был провозглашен императором и Сяо Мин-ваном (Малый Мин-ван) в отличие от своего погибшего отца Мин-вана. Годы правления его стали называться Лун-фын. В Бочжоу для императора построили дворец. Мать Хань Линь-эра была провозглашена вдовствующей императрицей. Наиболее известные вожди повстанцев получили высшие титулы и чины. Правительство возглавил один из вождей повстанцев, Ду Цзунь-дао, получивший звание чэнсяна. Лю Фу-тун и Ло Вэнь-су были назначены на должности пинчжан чжэнши (первые заместители чэнсяна), а брат Лю Фу-туна Лю Лю — чжи-шумиюань-ши (глава военного совета) [98, гл. 122, 4а-4б; 181, гл. 44, 1б; 76, гл. 2, 16а].[1] Провозглашение повстанческого императора Сяо Мин-ваном как бы подчеркивало, что официальной идеологией нового государства становится вероучение «Белого лотоса». Это был открытый разрыв с идеологией китайских феодалов — конфуцианством, как и с ламаизмом, процветавшим при юаньском дворе среди .монгольских феодалов.

Несомненно, события предыдущих двух лет поставили руководителей восстания перед необходимостью сделать такой шаг именно теперь. Потеря большинства занятых областей, разгром ряда крупных отрядов и очевидный спад движения вынудили их поспешить с воплощением в жизнь лозунгов, выдвинутых в начале восстания. Основанную империю с китайской династией во главе повстанцы противопоставили существующей империи монгольских завоевателей. Провозглашение (101/102) собственного государства призвано было придать восстанию более организованный характер. Почти не связанные между собой повстанческие отряды становились теперь частями единой армии «красных войск», и их руководители должны были в силу установленной должностной иерархии подчиняться единому главному командованию и императору.