В «Мин Тай-цзу шилу» говорится, будто бы Чжу Юань-чжан отказался от назначения, не признал себя подданным государства Сун: «Разве может великий муж подчиняться рядовому человеку?» [цит. по: 70, 40; 150, гл. 2, 14б]. Другой минский источник, однако, отмечает, что потом по совету (89/90) военачальников Чжу Юань-чжан все же подчинился указу и употреблял в своих документах название годов правления повстанческого императора Хань Линь-эра «Лун-фын» [76, гл. 2, 16а].[44]
Упомянутое сообщение «Мин Тай-цзу шилу» находится к противоречии с данными других источников, и его следует истолковать как стремление историков отмежевать Чжу Юань-чжана от «красных войск». По сообщениям источников, Чжу Юань-чжан оставался одним из военачальников повстанческого государства Сун. Но поскольку и в предыдущие годы восстание, начавшееся в Хаочжоу, развивалось отдельно от восстания Лю Фу-туна, вполне вероятно, что и после указа Хань Линь-эра Чжу Юань-чжан, подчиняясь ему номинально, продолжал действовать самостоятельно [76, гл. 2, 16а; 142, 16а; 98, гл. 133, 3а; 112, гл. 212, 5782].
Возможно, Чжан Тянь-ю и Го Тянь-сюй охотно шли на подчинение Хань Линь-эру, боясь роста сил и влияния Чжу Юань-чжана. Он же, напротив, мог не желать этого, поскольку стремился и к формальному признанию главой повстанцев. Однако в то время если противоречия между вождями хаочжоусцев и существовали, то открыто они не проявлялись.
Урегулировав свои внутренние дела, повстанцы в ту же 5-ю луну 15-го г. приняли решение переправиться через Янцзы. Поскольку у них не было судов и гребцов, Чжу Юань- чжан вступил в переговоры с командованием отряда на озере Чаоху, располагавшего флотом в тысячу судов. Эти войска и флот, возглавляемые Ляо Юн-анем и Юй Тун-хаем, были одним из отрядов
Форсировав Янцзы, повстанцы захватили значительные запасы продовольствия, принадлежавшие правительственным войскам, и другое имущество. Затем они хотели вернуться в Хэян [142, 17б; 98, гл. 1, 4а] к своим голодающим семьям [98, гл. 125, 11б; 112, гл. 212, 5784]. Но Чжу Юань-чжан считал, что отступить означало бы упустить благоприятный момент для форсирования Янцзы. Ночью вместе со своим ближайшим помощником по военным делам Сюй Да он перерезал канаты, которыми суда были прикреплены к причалам. Утром повстанцы обнаружили, что все их корабли уплыли вниз по Янцзы. Путь в Хэян был отрезан. Не теряя времени, Чжу Юань-чжан предложил занять лежащий вблизи богатый город Тайпин, который и был взят штурмом в 6-ю луну (10 июля — 7 августа) [142, 17а; 98, гл. 1, 4а; 112, гл. 212, 5784]. Правитель города Цзинь И, не желая сдаваться в плен, утопился. Чжу Юань-чжан, восхищенный, как пишут источники, твердостью его духа, с почестями похоронил его [98, гл. 1, 4а; 112, гл. 212, 5784].
Как и взятие Хэяна, переправа через Янцзы имела цель ликвидировать острую нужду повстанцев в продовольствии [142, 16а; 112, гл. 212, 5784]. Однако, добыв продовольствие после форсирования Янцзы, Чжу Юань-чжан стремится всеми силами взять Тайпин, лежавший на пути к Цзицину. Упорство, с которым Чжу Юань-чжан направлял действия повстанцев, позволяет считать, что он следовал определенному плану, сформулированному еще Фэн Го-юном. В том же направлении давались и советы ближайшими сподвижниками Чжу Юань-чжана. Так, Ли Шань-чан, как гласит его биография, «всеми силами побуждал [Чжу Юань-чжана] переправиться через Янцзы» [98, гл. 127, 1б]. Руководство восстанием исходило, стало быть, из далеко идущих военных и политических соображений.