А потомки смогут навещать их, заполняя отели и курорты. Проф не пожалел красок для описания ночных клубов, в которых можно устраивать такие развлекательные программы, которые невозможны в условиях ужасной гравитации Терры, и различных видов спорта, которыми, если их слегка изменить, вполне можно было бы заниматься в условиях меньшего тяготения. Он затронул даже тему плавательных бассейнов, ледовых катков и возможности летать. (Я подумал, что у него окончательно отказали тормоза.) Закончил он свою речь намёком на то, что некий швейцарский картель уже начал раскручивать это дело.
На следующий день в разговоре с менеджером, управляющим иностранными филиалами «Чейз Интернешнл Панагра», он сказал, что в штат сотрудников отделения этой фирмы в Луна-Сити можно набирать людей, страдающих параличом нижних конечностей или даже полностью парализованных, людей, страдающих от сердечных заболеваний или перенёсших ампутацию, — всех тех, кому тяжело жить и работать в условиях повышенной силы тяжести. Менеджер был толстым человеком, который мучился одышкой, — возможно, ему самому следовало бы подумать о том, чтобы отправиться на Луну, но при словах «никаких налогов» он сразу же насторожил уши.
Не всё и не всегда шло так, как нам хотелось бы. В сообщениях информационных агентств часто появлялись направленные против нас материалы, а кроме того, всегда найдутся любители устраивать склоку из любого публичного выступления. И каждый раз, когда мне приходилось иметь дело с такими типами, а со мною не было профа, который мог бы помочь мне выкрутиться, они всеми средствами старались поймать меня на противоречиях. Один такой тип принялся энергично трясти меня, прицепившись к заявлению профа по поводу того, что мы являемся собственниками зерна, которое выращивается на Луне. Он, по-видимому, считал само собой разумеющимся, что мы такими не являемся. Я сказал ему, что не понимаю его вопроса.
— Полковник, — сказал он, — разве неправда, что ваше правительство выдвигает просьбу о своём членстве в Федерации Наций?
На такое мне следовало ответить «без комментариев», но я не почувствовал подвоха и согласился.
— Очень хорошо, — сказал он, — таким образом, основным камнем преткновения, по всей видимости, является утверждение ваших противников о том, что Селена является собственностью Федерации Наций — и всегда являлась таковой. Надзор над ней осуществлялся Администрацией Луны. Таким образом, исходя из вашего собственного признания, можно утверждать, что зерно принадлежит Федерации Наций, в силу того, что Луна находится под опекой этой организации.
Я спросил его о том, что позволило ему прийти к такому выводу.
— Полковник, — сказал он, — вы именуете себя заместителем Министра Иностранных Дел. Нет никаких сомнений, что вы хорошо знаете содержание Хартии Федерации Наций.
Мне довелось наскоро пролистать её.
— Достаточно неплохо, — ответил я осторожно.
— Тогда вам известно, что представляет собой Первая Свобода, гарантируемая этой Хартией, и современный вариант её толкования, принятый Административной Контрольной Коллегией при Большой Ассамблее и Федерации Наций и отражённый в приказе за номером тысяча сто семьдесят шесть от 3 марта сего года. Если вы собираетесь вступить в Федерацию Наций, то вы признаёте и данный документ и, следовательно, признаёте, что все излишки выращенного на Селене зерна, то количество, которое превышает нормы внутреннего потребления, бесспорно и изначально являются собственностью всех людей — собственностью, находящейся под опекой Федерации Наций, которая через свои агентства, по мере надобности, осуществляет её распределение. Можете ли вы как-нибудь дополнить сделанное вами заявление?
— Да о чём вы, ради всего святого, говорите? — спросил я. — Вернитесь! Я ничего не заявлял!
В «Нью-Йорк Таймс» появилось: «„ЗАМЕСТИТЕЛЬ МИНИСТРА ЛУНЫ“ ГОВОРИТ: ПРОДУКТЫ ПИТАНИЯ ПРИНАДЛЕЖАТ ГОЛОДАЮЩИМ».
Газета «Нью-Йорк Сегодня» писала: «О'Келли-Девис, так называемый „полковник вооружённых сил Свободной Луны“, прибыл на нашу планету для того, чтобы попытаться добиться поддержки мятежников из Лунных колоний Федерацией Наций. Он сделал нашей газете добровольное заявление о том, что статья Великой Хартии, именуемая „Свобода от голода“, вполне приложима к проблеме, связанной с поставками зерна с Луны…»
Я спросил профа о том, как мне следовало выкручиваться из такой ситуации.
— Если тебе задают вопрос, на который тебе не хотелось бы отвечать, задавай встречный вопрос, — сказал он мне. — И никогда не проси спрашивающего объяснить, что именно он имеет в виду. Если сделаешь это, он просто-напросто припишет тебе свои собственные слова. Этот репортёр — он был костлявый такой? Все рёбра наружу?
— Да нет, довольно крупного телосложения.
