«Командующий 2-й гвардейской танковой армией Семен Ильич Богданов отличался изумительной храбростью. Начиная с сентября 1943 года его армия принимала участие почти во всех решающих сражениях Великой Отечественной войны. Выдающиеся способности проявил Семен Ильич и в послевоенное время — был начальником академии, почти пять лет — командующим танковыми войсками Советских Вооруженных Сил»{458}.
По поводу его манеры командования биограф замечает:
«Немецкие командиры уважали генерала Богданова как хорошего организатора и за личную храбрость, видя в нем одного из лучших командиров танковых войск Красной Армии…. Богданов был настоящим паладином смелости и действенности — он выдвигался на поле боя с целью гарантировать, что подчиненные ему командиры понимают свои цели и задачи. Используя свое физическое присутствие для мотивации и вдохновения войск, а также благодаря способности четко и ясно ставить задачу, он мог на месте разрешить все проблемы и ликвидировать трудности. Его присутствие на поле боя с первых до последних дней добавляло войскам упорства и энергии. Богданов являл собой пример универсального полководца, который всегда должен быть впереди войска с мечом в руке. С выгодой используя ошибки неприятеля, Богданов всегда стремился оттеснить противника, и именно в точку его слабости он бросал свои бронетанковые войска»{459}.
За исключением самых знаменитых представителей Ставки и командующих фронтами, никто из старших советских офицеров не внес большего вклада в конечную победу Красной Армии, чем эта выдающаяся группа командующих танковыми армиями.
<p>Командующие инженерными, артиллерийскими войсками и войсками ПВО</p>Поскольку в сражениях заметнее и активнее всего пехота, танки и кавалерия, то вполне понятно, что именно они и их командиры — командующие фронтами, полевыми и танковыми армиями, танковыми, механизированными и кавалерийскими корпусами Красной Армии — добились во время и после войны намного большей славы и известности, нежели их коллеги в менее блистательных вспомогательных войсках. Однако, хотя большая часть военной славы и известности досталась тем «великим капитанам», что планировали и проводили самые известные сражения и операции этой войны, их боевые успехи в огромной степени зависели от воздушной, артиллерийской, инженерной, зенитной и других видов боевой поддержки. Словом, «великие капитаны» Красной Армии на протяжении всей войны в борьбе с, по сути, превосходившими их в тактическом и оперативном мастерстве командирами и войсками вермахта полагались на артиллерийские, инженерные и в меньшей степени военно-воздушные силы, а также другие вспомогательные войска.
Инженерные войска. Масштабное наступление вермахта в ходе операции «Барбаросса» и неспособность Красной Армии на протяжении большей части первых 18 месяцев войны справиться с более опытным противником (частично из-за отсутствия у нее танковых и механизированных войск, способных на равных сражаться с грозными танковыми армиями, корпусами и дивизиями немцев) обусловили значение строительства стратегических, оперативных и тактических оборонительных рубежей, могущих замедлить и остановить наступление противника. Поэтому такие знаменитые оборонительные сооружения, как линия Сталина, Лужский и Можайский оборонительные рубежи, оборонительные пояса вокруг Ленинграда и сравнимые с ними оборонительные сооружения вокруг Москвы, сыграли значительную роль в успешной обороне Красной Армии в 1941 году. Схожим образом оборонительные рубежи на Юге России, особенно в районе Сталинграда, на следующий год помогли Красной Армии нанести поражение войскам Оси в ходе завершающего этапа операции «Блау».
