- Предлагаю пари, сэр. – Произнес адмирал Того, обращаясь к англичанину. – Если мы будем вынуждены отвернуть, выходя из боя, до того, как сможем сами по ним стрелять, то я вас прикажу выкинуть за борт.
- Но за что?!
- А что вы мне рассказывали? И что сейчас происходит? Как это понимать?
Бабах! Еще один 340-мм снаряд попал в «Микаса», разворотив ей часть носовой оконечности. К счастью, не так уж и близко к воде. Из-за чего броненосец скорость не потерял.
- Я опирался на инструкции адмиралтейства!
- То есть, вы хотите сказать, что британское адмиралтейство не знало, что нам нужно будет столкнуться с ЭТИМ? – Махнул Того рукой в сторону «богатырей».
- Я… я действительно не знал, - покачал он головой и как-то поник в тени от новой стены водяных столбов, поднятых русскими снарядами. К счастью, в этот раз избежав попаданий.
- Дистанция?
- Девяносто четыре…
Того отвернул на шестидесяти трех, сделав один залп. Это было для него вопрос чести. Тем более на таких непростых углах атаки русские добивались накрытия, но не попадания. То есть, ему попросту везло. Просто невероятно. Хотя «Микаса» после начала отворота выглядела плачевно. Скорости она давала не больше десяти узлов. Труба пробита. Надстройка в фарш.
- Вам нужно перейти на другой корабль, - тихо, но твердо произнес капитан. – Русские перешли на бронебойные. Одно неудачно попадание и эскадра потеряет управление.
Того несколько секунд поколебался и кивнул. Эсминец же, шедший уже у левого борта броненосца, стал готовиться принять адмирала. И очень, надо сказать, своевременно. Не успел эсминец отвалить от броненосца и отойти на пару кабельтовых, как в последний залетело сразу два бронебойных снаряда, вскрывших ему основной броневой пояс. Тот был просто не рассчитан на противостояние ТАКИМ снарядам.
«Микасо» запарил и начал резко терять ход, медленно усиливая крен на правый борт.
Адмирал поиграл желваками, сдерживая, распирающую его ярость. Он ведь знал, что не так просты эти «батарейные броненосцы». Он знал! Он чувствовал! Но англичане убеждали его в том, что это не так, что все под контролем.
Чуть-чуть успокоившись он жестом привлек внимание матросов и кивнул на английского наблюдателя. А потом махнул рукой указал за борт. Матросы мрачно усмехнулись. И, подойдя к англичанину сзади, подхватив того за ноги, легко выбросили за борт. Словно ничего и не было.
Камимура попытался воспользоваться моментом и атаковать конвой, но выдвинувшиеся вперед три фрегата Иессена открыли по нему ураганный огонь из своих «восьмидюймовок». Закончилось, впрочем, без утопления. Просто «асамоиды» умудрились нахвататься снарядов, так добившись в ответ только одного попадания, да и то – шестидюймовым фугасом куда-то в надстройку. То есть, получили по лицу совершенно безнаказанно.
Спустя час боя русские и японцы окончательно разошлись.
Потери были не очень большими. С японской стороны был утоплен всего один корабль… Флагман. Остальные умудрились отделаться легкими испугом. После получения критических повреждений «Микасы» Того принял решение отворачивать всем вместе, и, рыская на курсе, отходить. Дабы русские канониры по ним не стреляли. Так и произошло. Уже через пару минут залпы прекратились.
Помощи тонущим на японском флагмане корабли 2-ой Тихоокеанской эскадры не оказывали. Далеко. Поэтому эсминец, на котором находился Того, чуть помедлив, отправился к месту трагедии, пытаясь спасти хоть кого-то. По нему не стреляли. Могли, даже из пятидюймовых орудий, буквально засыпать эту лоханку снарядами, но не стреляли. Николай Оттович фон Эссен прекрасно понимал рациональность открытия огня для утопления еще одного корабля противника, но не смог переступить через себя. «Богатыри» повернули башни в парковочное состояние и продолжили движение к Порт-Артуру на своих четырнадцати узлах. Неспешно и уверенно…
[1] Журавлиный – новое название острова Эзель. Лунный – новое название острова Моон. Дневной – новое название острова Даго. Император все свое правление вел русификацию названий, стремясь всеми доступными способами ускорять ассимиляцию этнических меньшинств в общеимперское население. Без перегибов, конечно, но методично и неуклонно.
[2] Его строила та же команда, что Восточный мост через пролив Невельского.
Глава 6
Маршал Ояма завершил читать телеграмму и в сердцах скомкал ее.
- Что-то случилось? – Поинтересовался его начальник штаба.
- Наш флот больше не доминирует в Желтом море.
- Но как? Его утопили? – Недоумевал визави.
- Был утоплен только один корабль - флагман. Но эти русские «батарейные броненосцы» не могли оставить обоз, который вели к Порт-Артуру. Если бы они были свободнее, то все закончилось намного хуже. Они бы просто растерзали 1-ую эскадру. А так… просто отогнали, походя утопив эскадренный броненосец. Они даже курса не сменили! Как шли, так и шли, отмахнувшись от наших кораблей как от назойливой мухи.
Начальник штаба беззвучно осел на раскладной стульчик и уставился отсутствующим взглядом в пол.
