Наличие авиационной группировки в районе Владивостока не было тайной не только для японского генштаба, но и для публицистов и журналистов. В середине 1936 г. в Лондоне была издана книга Эрнеста Генри «Гитлер против СССР». Автором был Семён Ростоцкий — нелегал Иностранного отдела. Он жил в Лондоне и был известен как журналист. Рассматривая совместные планы агрессии Германии и Японии, направленные против СССР, и возможности противодействия им, автор писал, что один рейд дальневосточных советских воздушных эскадрилий через Японское море на Токио, Осака и Кобэ может нанести Японии молниеносное поражение и таким образом парализовать её одним выстрелом из «воздушного револьвера — Владивостока». Этот выстрел «в грудь Японии», произведённый с кратчайшего географического расстояния, сразу представит в ином свете всю злополучную авантюру гитлеровского союзника в Азии, и это может произойти ещё до того, как японские дивизии в Маньчжурии пройдут первые 80 километров, утверждал автор. Суждения Генри были, конечно, полемическими и спорными, но серьёзной противовоздушной обороны крупных городов у Японии тогда не было. И такой успешный рейд к японским островам мог оказать огромное моральное воздействие на японскую армию.
Американская печать, внимательно следившая за своим будущим противником на Тихом океане, тоже отмечала, что наличие крупной группировки тяжёлых бомбардировщиков в районе Владивостока путает все планы японской военщины, ставя под сомнение успех её авантюры в Приморье. Американский журнал «Сайенс сервис» писал, что война между Японией и СССР будет означать полное разрушение японских промышленных центров, в высшей степени уязвимых с воздуха. Если СССР решится на такого рода нападение, утверждал журнал, то оборона японских городов станет весьма шаткой. И основания для таких выводов были очень серьёзными.
Возникает естественный вопрос, а способны ли были ТБ-3 долететь до Токио, отбомбиться и вернуться на свои аэродромы под Владивостоком? Ведь для сухопутных машин того времени пролететь около 2000 километров в оба конца над Японским морем — задача труднейшая. Одно дело отрабатывать такой рейд на штабных картах — и совсем другое проводить часы за штурвалом над бескрайними морскими просторами. Ответ на этот важнейший и для Москвы, и для Токио вопрос был дан уже в 1938 г.
В полночь 20 мая 1938 г. с одного из аэродромов под китайским городом Ханькоу поднялась в воздух группа из шести тяжёлых бомбардировщиков. На крыльях опознавательные знаки китайской авиации — белая звезда в синем круге. Курс самолётов пролегал через оккупированную японскими войсками китайскую территорию и Восточно-Китайское море к самому южному острову японского архипелага — Кюсю. Нужно было облететь остров и вернуться обратно, покрыв расстояние в несколько тысяч километров.
На раскрытых перед штурманами картах были обозначены три цели: Сасебо, Нагасаки и Фукуока. В Сасебо и Фукуока были военно-морская и авиационная базы, а Нагасаки был крупнейшим портом, через который шло снабжение японской армии, начавшей войну в Китае летом 1937 г. К острову Кюсю эскадрилья подошла на рассвете. Молчали зенитные орудия противовоздушной обороны империи. Истребители, прикрывавшие морские и авиационные базы, не поднялись со своих аэродромов. Японское командование считало невозможным появление иностранных военных самолётов да ещё с китайскими опознавательными знаками над «непотопляемыми авианосцами» японского архипелага.
Первая цель — Сасебо. Тяжёлые воздушные корабли легли на боевой курс. Штурманы приникли к прицелам, и точно над центром города раскрылись бомбовые люки. Но… вместо бомб на город полетели кассеты с листовками, обращёнными к японскому народу. Шесть бомбардировщиков пролетели над всем островом с юга на север, сбрасывая листовки над каждой целью. Листовки вместо бомб над Нагасаки… Через семь лет другой тяжёлый бомбардировщик с другими опознавательными знаками сбросит на этот же город атомную бомбу, превратив его кварталы в груду дымящихся развалин.
На следующий день 21 мая во всех советских центральных газетах появилось сообщение корреспондента ТАСС из Ханькоу о налёте на японские города, о торжественной встрече благополучно вернувшихся экипажей. Военный министр гоминдановского правительства, встречая лётчиков, говорил, что техника китайской авиации не уступает японской и она в состоянии бомбить японские города. В сообщении из Ханькоу перечислялись фамилии китайских лётчиков, летавших над японскими островами. Китайские газеты восторженно описывали небывалый подвиг, совершённый китайскими лётчиками, которые первыми пролетели над одним из японских островов.
