– Это многое проясняет, – проворчал комендант подземной базы СС, все это время внимательно осматривавший Жертвенник, монолитно покоящийся на уходящем глубоко под землю базальтовом основании. – Странно, что, благословляя на должность коменданта, ни фюрер, ни Гиммлер не стали посвящать меня в тайны этой базы.
– Фюрер, возможно, и сам уже многого не знает, – заметил Крайз.
– Нельзя ли поговорить об этом более основательно?
– Он давно не интересуется «СС-Франконией» и очень давно не был здесь. Ну а Гиммлер решил, что многое вам уже известно, остальное познаете в ходе работы. И потом, вы должны знать, что практически эта база подчинена не фюреру, не Гиммлеру и уж, тем более, – не Герингу, который стоял у истоков «Регенвурмлагеря» так же, как и у истоков «Базы-211» в Антарктиде.
– Кто же в таком случае является истинным руководителем этой базы.
– Институт Аненербе, то есть Общество по изучению наследственности. Его имперский директор оберштурмбаннфюрер Вольфрам Зиверс. Во всяком случае, все секретные лаборатории и все программы этих лабораторий подчинены оберштурмбаннфюреру Зиверсу. Впрочем…
– Что «впрочем»?..
– Порой мне кажется, что и он – всего лишь исполнитель, а то и просто подставное лицо.
– Чья же тогда фигура вырисовывается за его спиной?
С ответом Крайз не торопился. Чувствовалось, что и ему самому не давал покоя этот же вопрос.
– Чья-то мощная, но невыразительная, не поддающаяся идентификации тень, – вот что там вырисовывается. Поначалу мне казалось, что владелец этой тени пребывает в стенах Имперского университета в Страсбурге, откуда исходят и куда в одну из секретных лабораторий поступают результаты наших исследований. Но в последнее время усомнился и в этом. Слишком много неясного.
– Странно слышать нечто подобное от вас, Крайз. Давно успели убедить меня, что вы – всезнающий. По крайней мере, во всем, что касается «СС-Франконии».
– Я ведь сказал: слишком много неясного там, наверху, в Берлине и Страсбурге.
– К чему же все-таки приводят ваши сомнения? – попытался хоть что-нибудь выудить у него фон Риттер.
– К еще более опасным сомнениям.
– Вы не оговорились, назвав эти сомнения «еще более опасными»?
– Судя по тому предупреждению, которое последовало в ответ на мое непозволительное любопытство.
– И последовало это предупреждение из Страсбурга или Берлина?
– Как мне было сказано, передал его лама, известный в высших кругах Берлина под кличкой «Человек в зеленых перчатках».
Они оба помолчали. Лама с таким прозвищем – «Человек в зеленых перчатках»[42] – был одним из самых «мрачных» представителей Востока в рейхе, о котором ходило слишком много правдоподобных легенд, иллюзорная правдивость которых запугивала своей невероятностью. В свое время фон Риттер хотел встретиться с ним с помощью своего брата. Однако вскоре Людвиг решительно отказался от этой затеи, заявив: «Лама встретится с тобой только тогда, когда решит, что это ему крайне необходимо».
– И что это может означать?
– Обычно это означает «никогда!».
В то время фон Риттер тоже решил, что лама подразумевал под этими словами «никогда!». Но теперь, после назначения его комендантом «СС-Франконии» уже не был уверен в этом. Вдруг «Человек в зеленых перчатках» знал о его предстоящем назначении каким-то образом вычислил, предсказал его, хиромант чертов?!
– Наверное, вы слишком серьезно восприняли намеки этого человека, – молвил он сейчас, обращаясь к Крайзу.
– Скорее, наоборот, недооцениваю их.
– Ладно, время покажет. И потом, попытаемся разобраться вместе, – слишком уж как-то беззаботно пообещал ему фон Риттер.
И в ответ услышал то, чего никак не ожидал услышать от Крайза, по крайней мере, сегодня:
– Стоит ли разбираться, господин бригаденфюрер? Убирая вашего предшественника, штандартенфюрера Овербека, высшее руководство рейха и, в частности, Могучая Тень, о которой мы только что говорили, как раз на то и рассчитывали, что вас, человека сугубо военного, никакие таинства «СС-Франконии» интересовать не станут.
И встретившись взглядом с Фризским Чудовищем, генерал СС вдруг почувствовал в его глазах такой же пронизывающий, наэлектризированный холод, какой недавно ощущал, прикасаясь к Жертвеннику.
– Хорошо, в коридоры власти углубляться не будем, – примирительно произнес он. – Достаточно того, что нам известно: где-то в глубинах Аненербе существует Могучая Тень.
– Как известно и то, что уточнять имя этой Тени не имеет никакого смысла.
– Об этой плахе дьявола, – постучал барон по базальтовой «розе ветров», – как я уже понял, вы тоже ничего существенного рассказать не сможете.
– Прекрасное определение: «Плаха Дьявола», предлагаю именно так и называть ее.
– И что твердят по поводу этой Плахи местные предания?
– По легенде, которую рассказал местный девяностолетний священник, в этом каньоне прятались от римских завоевателей остатки какого-то древнегерманского племени, пытавшегося сохранить языческую веру и обычаи предков. Когда же римляне обнаружили это племя, оно ушло под землю, а землетрясение на глазах у изумленных легионеров завалило ход, в котором скрылись германцы.
