- Спасибо, - усмехнулся я и, прежде чем покинуть офис-двенадцать, сказал испуганному Бо: - Вы, оказывается, и скупец великий! Нехорошо.
К Карлу не пошел. Бесполезно - ведь второе выступление не готово. Карл, видимо, набрался терпения и долго не звонил - я успел слепить довольно приличное обращение к господам и закинул в тайпинг-офис.
Снова Карл. Немедленно требует выступления.
Объясняю:
- Тексты на машинке.
- Ускорить! Сколько можно тянуть!
Нет, в тайпинг-офис я не пошел. Это я сделаю позже, когда работа будет выполнена. Весь перерыв просидел за телефоном, можно сказать, наслаждался: тихо, спокойно, никто не дергает. Но результативность оповещения была незначительной - дозвониться удалось лишь до четырех приглашенных.
Ровно без пяти два отправился в бар - авось удастся пообедать в долг. Все разойдутся, и никто не услышит моей просьбы...
Расчет был правильным - в баре ни души. Усатый молодой человек, по ту сторону стойки, вежливо спросил:
- Будете обедать?
- Если можно - в долг.
Молодой человек взглянул на меня, зашелестел бумагой, как бы невзначай положил передо мной небольшой сверток, кивнул на него и грозно вымолвил:
- В долг не отпускаем.
- Жаль...
Я старался хоть выражением глаз выразить благодарность, но молодой человек отвернулся и принялся усердно протирать бокалы.
Где бы теперь присесть, чтобы никто не увидел?
На лестнице на меня набросилась Ри:
- Где вы ходите? Господин Карл с ног сбился, ищет вас! - Ри смерила меня с ног до головы уничтожающим взглядом и стала грациозно подниматься по ступенькам.
Карл, увидев меня, брезгливо бросил на стол отпечатанные выступления.
- Не годится! - выкрикнул он. - Хочешь опозорить меня перед уважаемыми господами?
- Лучше не могу, - вздохнул я.
- Можешь. Если постараешься. А ты не старался и намолол черт-те что, - уже более мирно произнес он. - Даю два часа. Но чтобы комар носа не подточил!
Через два часа занес Карлу новые варианты. Карл молча прочитал и опять швырнул листки на стол. Они спланировали на стекло печальными белыми голубями.
- Совсем не годится! - развел руками Карл. - Даю еще два часа. Не справишься - пеняй на себя.
Нет, я не собирался заниматься пустым словотворчеством в третий раз. Будь что будет. Меня тошнило от приторного набора словес, смысловых уверток. Голова звенела, как колокол... Лучше продолжать оповещение.
Телефон затрезвонил в половине шестого.
- Как дела? - участливо спросил Карл.
- Нормально, - ответил я. - Несу на машинку.
- Будет готово - зайди.
В первом, забракованном варианте вымарал слово "дамы", вместо "многоуважаемые" вписал "досточтимые" и отнес в тайпинг-офис.
- В шесть ноль-ноль, - сказал я, - должно быть готово.
На этот раз Карлу понравилось все - от начала до конца.
- Совсем другое дело! - удовлетворенно воскликнул он. - Оказывается, умеешь работать. Поздравляю.
- Спасибо, господин Карл.
- А что с оповещением?
- Удалось предупредить шестерых. Господин Фикс просил передать - будет обязательно. Господин Брзо - тоже. Но вначале меня обругал.
- А, старый брюзга. Шумит, да бестолку. Когда-то он был моим начальником, вот уж бушевал! Но видишь ли, Чек, времена меняются. Теперь этого Брзо я могу раздавить, как букашку. Кому еще звонил?
- Госпожа Нетке к телефону не подошла...
- Что? Да ты в своем уме? Госпожа Нетке уже двадцать лет как похоронена!
- Но она в списках...
- В качестве почетного члена!.. Неужели и другим... м-м-м... дамам звонил? - о усмешкой спросил Карл.
- Да, но трубку не берут.
- Естественно. Они тоже почетные члены... Да, Чек, с тобой хватишь позора. Весь город завтра будет хохотать. Не над тобой, Чек, надо мной. А надо мной смеяться нельзя. Надеюсь, ты уяснил это.
Карл придавил, как клопа, красную кнопку рядом с телефонным аппаратом, и появилась Ри.
- Пожалуйста, Ри, помоги Чеку оповестить наших многоуважаемых представителей. Чек предупредил кое-кого, но маловато. - Ри с ненавистью взглянула на меня. - Я понимаю, рабочий день закончился. Но что делать! Срывать совещание из-за нерадивых служащих не могу. Не теряйте времени, за работу!
Ри откровенно меня ненавидела. А я старался на ее колкие взгляды не реагировать. Ведь можно девушку понять. Если бы не я, она бы давно отдыхала...
Из глубин своего стола Ри извлекла список с фамилиями и телефонами. В отличие от списка, которым руководствовался я, здесь на полях были пометки: "ум. поч." (умерший почетный член), "бол." (болен), "не б." (не беспокоить). Умершие почетные члены занимали добрую половину состава. Пятеро - больные. Десятерых не беспокоить. Сколько ненужных звонков!
Ри заметно подобрела, увидев, что звонить нужно лишь четверым. Пока она сообщала им о завтрашнем совещании, я наблюдал за девушкой, удивляясь ее умению так виртуозно и музыкально говорить - не слова, а соловьиные трели!..
Сладкие рулады быстро отзвучали, и я сказал Ри:
- В вас можно было бы влюбиться. Если бы...
- Если бы?.. - равнодушно подхватила Ри.
- Если бы в вас было больше доброты и... душевного тепла.
- Это еще зачем? - удивилась Ри и иронично меня оглядела. Ее туфельки быстро заскользили по коридорным коврам, - отправился домой и я.
