Вот так соседка полностью

И вновь я ощутила, как мое слабое сердце дрогнуло, дыхание перехватило. Но я не собиралась снова ловиться на его крючок. Больше никогда!

Как будто почуяв, что моя решимость ускользает, он сказал:

– Я должен был признаться, что люблю тебя, когда впервые осознал это.

Было ли это частью плана? Плана, по которому он изначально всего лишь на время должен был обманом переселить меня в свою квартиру, но вдруг – упс! – нечаянно воспылал ко мне страстью? Что опять же стало бы для него лишь приятным бонусом в будущем.

Я могла только догадываться, насколько бы союз со мной ускорил его карьерный взлет. Потому что это было в духе моей семьи. Если бы Виолетта когда-нибудь рассказала родителям о своем личном тренере, Тайлер вскоре, вероятно, оказался бы новым гендиректором Уэстон Уилшир.

Или это случилось бы, окажись я в одной партии с ним. Кофлин поднес мне пальто. Тайлер протянул руку, желая помочь, но я отшатнулась. Я не хотела, чтобы он ко мне прикасался.

Я не хотела ощущать его рядом.

– Я не верю тебе, – сказала ему. – Но если ты хоть чуть-чуть желаешь мне добра, не преследуй меня, не ищи и не звони.

Мне было больно дышать, когда я, надев пальто, вырвалась из дома. Горячие слезы заволакивали мне глаза, но я каким-то образом отыскала Джулио и попросила отвезти меня в квартиру Шей, дав ему адрес. Я подняла темное стекло, отделявшее кабину водителя от салона. Мне нужно было остаться одной.

Когда мы отъехали от дома, я наконец позволила рыданиям хлынуть наружу, сотрясая все мое тело. Истерика была настолько сильной, что я боялась, как бы меня не стошнило прямо в машине.

Моя мать разрушила все. Запятнала память обо всем, чего я так или иначе смогла добиться и достигнуть в жизни. И все мои воспоминания о Тайлере.

Автосалон… Именно с этого места началась наша дружба. Неужели это мать заставила его пойти туда со мной?

Я перебирала в памяти мои разговоры с Тайлером, думала, что же я тогда могла упустить из виду? Какие-то признаки того, что он все это время был на службе у родителей. И ведь как, должно быть, смеялись они надо мной! Над тем, как легко им удавалось контролировать мою жизнь и судьбу без моего малейшего ведома!

Джулио привез меня к Шей, и я каким-то образом смогла проползти вверх четыре лестничных пролета до ее квартиры. Я постучала в дверь, надеясь, что она еще не спит. Уже собиралась позвонить, но дверь открылась, и стоявшая на пороге Шей вытаращила глаза при виде моей изукрашенной потеками туши физиономии.

– Что случилось?

Она подвела меня к дивану и позволила сесть. Я вновь разревелась, так что прошло немало времени, прежде чем я обрела способность снова говорить. Я рассказала ей все, что произошло со мной этой ночью, вплоть до предательства Тайлера. Она слушала с нехарактерным для нее молчанием, время от времени давая мне салфетки, чтобы я могла протереть глаза и высморкаться.

– Я собираюсь уйти из академии, – заявила я, быть может, чересчур драматично.

– Почему уйти? Ты только что подписала двухгодовой контракт.

– Потому что я теперь знаю, что получила эту работу не сама, а благодаря родителям. Как я могу там оставаться? Они все мне изгадили. Если бы в этом была моя заслуга…

Шей покачала головой.

– Я тоже им тебя порекомендовала. Может быть, их решение основано и на моих словах, а может, рекомендации тут вообще ни при чем. Это не имеет значения. Ты прошла собеседование. Ты заслужила эту работу. Тебе дали контракт, потому что ты действительно хороша в своем деле. Кого волнует, как и за счет чего ты вошла в эту дверь? Теперь, когда ты получила профессию, останься и докажи, что мисс Глэдвелл не ошиблась, поверив в тебя.

– Полагаю, ты и машину мне посоветуешь не возвращать?

– Ну естественно, машины не возвращаются. Ты можешь ее продать, но тогда ты потеряешь в деньгах. Так что, признаться, я думаю, ты с ней здорово влипла. Но опять же, даже если родители помогли тебе ее купить, платила-то за нее ты сама. Это твоя машина. Кому какое дело, с чьей помощью ты ее приобрела?

– Ну а теперь ты скажешь то же самое и про Тайлера? Кому какое дело, с чего это началось, главное, что мы полюбили друг друга.

Она не ответила.

Ее молчание снова оживило во мне жажду поныть.

– Я ведь так и говорила вам с Делией в тот вечер в баре, что ко мне всегда клеится один и тот же тип мужчин: те, которые подлизываются к моему отцу. Бесконечный сериал продолжается!

– Хм-м, – вот все, что я услышала от нее в качестве ответа.

– Что это значит? – спросила я между всхлипываниями, чувствуя растущее в душе раздражение.

– Ничего. Я на твоей стороне.

Почему она сочла нужным это пояснять?

– Ты хотела сказать, я на твоей стороне, но…

Она потянулась и взяла мою руку в свою:

– Я на твоей стороне, но… Что, если Тайлер говорил правду? Я бы не исключала вариант, что твоя мать могла использовать его втемную. Она на такое вполне способна, я знаю.

Шей там не было. Она не могла этого понять. Я помотала головой.

– Я знаю, на что способна моя мать. Но еще я знаю, что то, о чем она мне сказала, было правдой. Зачем ей лгать мне?