— Так не проще ли вырастить обычные продукты? Ведь эта химия наверняка обойдется дороже?
— Что вы! Намного дешевле. Вот сейчас я делаю специальный порошок для стирки, вместо мыла. Простое мыло, хозяйственное, стоит около десяти центов за фунт. А если делать этот порошок, который к тому же лучше отстирывает грязь, то производство обходится чуть больше двух центов за фунт. Вдобавок, нет необходимости тратить животный жир, который даже если в пищу не годится, можно использовать для других целей.
— То есть скоро даже руки мыть мы будем углём и нефтью?
— Нет, за это можете быть спокойны. С материи грязь отстирывается лучше, но такие порошки очень сушат кожу. Так что для рук остаётся обычное мыло… — оба так увлеклись разговором, что уже перешли "на ты" (в "англоязычном" смысле, то есть обращались друг к другу просто по имени).
— Я гляжу, они нашли друг друга, — обратился ко мне Генри. — Так что, пока они заняты, я тебе расскажу, как идут дела в Африке. Сейчас в Англии больше шестидесяти тысяч автомобилей, и они уже поняли, что бензин — это будущее. Поэтому сам я в британскую Африку не лезу, чтобы не засветить свои интересы — но приятели из Госдепартамента некоторые справки навели. Продавать колонии островитяне не будут — по внутриполитическим мотивам, однако территорию, сравнимую — взято как бы для примера — с протекторатом побережья Нигера они в принципе готовы сдать в концессию какой-либо американской компании. Если не считать мелких подаяний чиновникам Форин Офиса, за миллион-другой долларов в год. Сейчас понятно окончательно, что возврата японских долгов в ближайшие лет десять-двадцать не приходится — спасибо вашему Игнатьеву, предложившего платить контрибуцию в рассрочку. А миллиард долларов невозвращаемых кредитов — это для Сити очень много, и их правительство ищет любые пути снижения недовольства банкиров.
— Всё это хорошо, но что может привлечь какого-нибудь промышленника в середине Африки?
— Саша, Вы что, собираетесь покупать землю уже в Африке? — вдруг заинтересовалась Камилла.
— Думаем над этим…
— Надеюсь, что вы не всю землю займете и сможете выделить участочек мне.
— Тебе-то зачем?
— Там пальмы растут? Буду делать мыло из пальмового масла. И ещё много чего. Я бы и сейчас делала, но англичане за него просят очень много, мне дешевле даже куриный жир использовать. А если будете концессию устраивать, то сразу договаривайтесь лет на пятьдесят: пальма сначала растет лет семь, а потом до пятидесяти как раз орехи и дает. Если вам всё равно, где покупать — покупайте на Ойл Ривер… — Генри вздрогнул.
— Это где?
— Ойл Ривер… где река Нигер, точнее, дельта. Её как раз так назвали, потому что в тех местах очень много пальмового масла добывалось. Для Африки много, так-то британцы пальмовое масло из Малайзии везут — но мне много не надо.
— Александр, у тебя жена гениальна не только в области химии. Камилла, а сколько там сейчас масла добывается? Я спрашиваю, чтобы прикинуть возможную цену на концессию.
— Не знаю, тысяч пять тонн. Это по всей провинции. Но если разбить плантации, то через лет десять можно получать масла до тонны с десятины… хотя, скорее, всё же полтонны…
— Четыреста фунтов с акра, — быстренько пересчитал в уме я. Мысль Генри до меня тоже дошла.
— Если получится, то считай, что твоя жена сейчас заработала тебе два миллиона долларов.
— Джентльмены, Камилла — о чём это вы сейчас говорите? Мне тоже хочется научиться зарабатывать два миллиона за пару минут, — поинтересовался мистер Клеменс. Но было видно, что он шутил. На самом деле ему просто интересно присутствовать при благополучном (как он понял) решении какой-то сложной проблемы.
— Генри, я думаю, что просьбу столь знаменитого писателя мы просто обязаны удовлетворить, — мне в голову пришла интересная идея. Похоже, Роджерс сообразил, о чем я говорю, но ему мысль чем-то не понравилась:
— Безусловно, молодой человек, безусловно вы правы. Но не за обедом же, тем более что сейчас подадут десерт…
Ну а после обеда, оставив Камиллу и Марка Твена в библиотеке, где они продолжили обсуждение "химической революции", Генри прояснил свое мнение:
— Марк — известный, в том числе и в Британии, писатель. Но не бизнесмен, так что если он будет участвовать в предприятии в любой форме, то это лишь вызовет подозрения. Да и сам Сэм такому предложению не обрадуется. У тебя совсем нет наличных?
— Сколько-то есть. В принципе, автомобилей и прочего у меня тут продается тысяч на двести в день, а деньги тратятся не сразу… Сколько надо?
— Думаю, миллиона хватит. Именно наличными: за неделю мои люди незаметно перекупят с пяток нужных нам компаний — но важно, чтобы даже банки не знали о смене их владельцев. А я столько сразу снять с счетов незаметно не смогу, так что готовь купюры… Кстати, насчет заработка твоей жены я не шутил, и этот миллион будет внутренним займом в нашей корпорации.
