А ещё не хватало многого из того, что даже за деньги не купишь. Например — электричества: алюминиевые заводы жрали его как электрические свиньи. Запорожский завод в одну харю почти полностью поглощал выход Волховской и двух Свирских станций, что же до завода в Комсомольске, то он пока что и на треть мощности не работал — а алюминия требовалось все больше. Угля тоже избытка не было, всё домны тратили — и оставалось строить гидростанции. Вот только пока какую-нибудь Братскую ГЭС строить на нынешней технике еще не получалось. Приходилось извращаться.
Казалось бы. на Волховской ГЭС мегаватт мощности обошелся в четверть миллиона рублей, на Свирских — уже в треть миллиона. Вот только больше таких удобных рек не оставалось, а на мелких речках мегаватт обходился, самое меньшее, в миллион. Каскады малых станций на речках Кур, Умри, Амгунь с притоками в верховьях вскоре должны были дать полтораста мегаватт — и уже обошлись в столько же миллионов, причем это были расходы только для обеспечения одного-единственного Комсомольского алюминиевого завода. Без учёта строительства почти пятисот километров ЛЭП. А что делать? Идея запитывать производства от угольных электростанций в принципе работает, но только летом — когда уголь недорого заводится по воде. Просто потому, что запасти угля на всю зиму просто негде.
Хорошо бы железную дорогу к Комсомольску от Хабаровска протянуть… но тогда придется и от Владивостока до Хабаровска свою тянуть: нынешняя с моими объёмами перевозок просто не справится. А гидростанция — да, дорогая, но электричество с неё гораздо дешевле выходит. Даже при миллионе рублей затрат на мегаватт мощности гидростанция окупается за три года, а если по "рыночным ценам" считать — так вообще за полгода: киловатт-то нынче до двадцати копеек на рынке стоит. И единственная проблема заключалась в том, что этот миллион надо было потратить сильно заранее. Причём вместе с остальными ста пятьюдесятью…
А ведь Дальний Восток — это лишь задний двор Державы. На заднем дворе в любом хозяйстве очень много нужного валяется, однако главное находится не там. Основные мощности и большая часть населения всё же была в Европе — и именно тут находились основные мои заводы. Которым, несмотря на два десятка довольно мощных угольных электростанций, электричества тоже не хватало. Не хватало угля для новых угольных станций — и выход был один: строить ГЭС. Вот только если на Дальнем Востоке кругом горы и каскады плотин не затапливали полстраны, но здесь все удобные места вроде Волхова или Свири были уже заняты. Кроме, разве что, одного…
Инженерам только волю дай — без штанов оставят. Причем — всех, до кого дотянутся. Генрих Осипович — после завершения трех первых крупных ГЭС — решил, что теперь ему всё дозволено… Правильно решил: то, что он уже выстроил, окупилось меньше чем за пару лет, по нынешним временам это вообще чудо (да и по будущим — если не считать торговлю китайским ширпотрёбом — тоже). И он замахнулся на проект куда как более грандиозный. Самое забавное, что прежде чем притащить этот проект мне, он озаботился "поддержкой в правительстве" — и вместе с проектом он, в качестве приложения, принес и "Закон об отчуждении земель". Не вообще отчуждении, а об отчуждении земель, которые предстояло затопиться при строительстве ДнепроГЭС.
Ну, "отчуждать" я умею — тем более, что в законе было чётко прописано, сколько оные земли стоят. Вероятно потому, что у членов правительства земли в окрестностях не наблюдалось, цену поставили вполне адекватную: сорок рублей за десятину, и всё, что было нужно для самой ГЭС, обошлось в три четверти миллиона. Еще столько же было выкуплено "на всякий случай": чтобы такую прорву электричества употребить, нужно же будет и заводы всякие ставить…
По собственным расчётам Графтио, сделанным еще в позапрошлом году, гидростанция должна была обойтись в двести миллионов рублей. Но я больше верил Струмилло-Петрашевскому, цифру практически удвоившему. Всё равно выходило, что станция окупится меньше чем за год — если найти, кому электричество продавать. Однако, судя по скорости строительства новых предприятий в России, с этим проблем не будет.
Проблемы были в другом: никто на планете не делал ни таких турбин, ни таких генераторов, которые предполагал установить Генрих Осипович. Хотя с генераторами все оказалось просто: Африканович прямо в ходе совещания, на котором обсуждалась данная проблема, его быстренько спроектировал. В уме, конечно, но в том, что генератор сделать получится, он не сомневался. И год назад, вытянув из меня на строительство нового генераторного завода полста миллионов рублей, он приступил к делу. А вот с турбинами оказалось все гораздо сложнее.
