Старикан заткнулся на полуслове, и на его лице застыло такое выражение, будто бы обещанный и долгожданный «свет в конце тоннеля» оказался по факту идущим на полной скорости электровозом. Во всяком случае, Дамблдор вообще перестал реагировать на внешние раздражители, как бы уйдя в астрал. Не видя смысла дальше продолжать бесплодную беседу, встаю и направляюсь к выходу.
- Вот …! — в сердцах сказал я, когда мадам Спраут вела меня в наше общежитие. — Что этот долбаный пацифист имел в виду?
- Если честно, Гарри, я сама не понимаю.
- Не нравится ему, видите ли, что я с этим рыжим грубияном не общаюсь. Мне что, самому за себя решить нельзя, с кем дружить, а с кем нет?
- Конечно же, можно, ты здесь в своем праве. Позволь мне сказать пару слов, на правах твоего наставника?
- Да, профессор Спраут?
- Если честно, меня твой круг общения вполне устраивает. Сьюзен от тебя не отходит, вы всегда помогаете друг другу. Нимфадора, пока не выпустилась, тоже с тобой дружила. С Гольдштейном с Равенкло ты очень хорошо общаешься. Не могу не одобрить.
- Спасибо на добром слове, мадам Спраут.
- Кстати, а кого имел в виду директор, когда называл твоими опекунами?
- А, это я не хотел, чтобы он знал слишком много. Были такие неприятные в общении люди, настолько неприятные, что мне в конце концов пришлось спасаться от них бегством. Сейчас же моими опекунами являются Тед и Андромеда Тонкс, родители Доры.
- Ах, так ты у них теперь живешь?
- Да, мадам Спраут.
- Я помню Андромеду, когда она была студенткой. И Теда помню, он у меня учился. Они же в школе и познакомились, и поженились, и меня в гости на свадьбу приглашали. Прости, давно не заходила к ним, знаешь ведь, школьные дела, да и свой сад, ухаживать за ним надо. Зайду обязательно!
- Спасибо, мадам Спраут, я им передам.
- Надеюсь, ты и дальше будешь помогать мне по огороду?
- О чем речь! Конечно, мадам Спраут! Требуется помощь?
- Да, Гарри, надо бы выкопать старую малину. Домовикам я не доверяю.
- Давайте лопату, сейчас же и пойду, выкопаю.
- Спасибо тебе! Я еще Сьюзен пришлю, она тебе поможет.
На том этот нелегкий день и завершился.
Недобрый дедушка Дамблдор после того, как получил по мозгам, от меня отстал. Видимо, у него моим «псевдочукотским» заклятием отбило память, потому что он напрочь забыл все то, что успел мне сказать и о чем спросить. Может, это и к лучшему, ибо кто к нам с чем зачем — тот от того и… того, как говаривал товарищ Гоблин…
С течением времени стало понятно, что, начиная с этого года, у меня появилось как минимум двое преследователей. Первым следует считать малолетнего папарацци по имени Колин Криви, который подстерегал меня в коридорах школы, или на выходе из классов, или даже на прилегающей территории.
- Для чего это тебе надо? — спросил я его, однажды отловив в саду, где этот доморощенный фотограф прятался за кустом ежевики.
- Понимаешь, Гарри, я… я был так изумлен, когда мне пришло письмо из Хогвартса… и… я много читал о тебе…
- Ну, вот он я, увидел, и чё, легче стало?
- И… я очень хотел заснять тебя… Мои родители…
- Значит так, слушай сюда, папарацци малолетний. Ко мне и к моим друзьям больше не приближаться, иначе я твой фотоаппарат тебе же об башку раскокаю. А потом скажу, что так и было. Понял?
Колин, задушенно пискнув, интенсивно закивал головой, понял, мол.
- А теперь проваливай, и чтоб духу твоего здесь не было!
Фотографа как ветром сдуло. Вот не люблю, когда мою морду лица кто-то фотографирует, не люблю! Тем более, когда это делают без моего разрешения. По прошлой жизни еще запомнил, что от репортеров и фотографов следует держаться подальше, а места фото- и видеосъемок обходить десятой дорогой. Ибо не фиг. Мне такая слава и даром не нужна.
Но если Колин от меня все же отстал, то вторая преследовательница оставалась весьма настойчивой. Речь идет, конечно же, о той самой мелкой и рыжей, что мою персону еще в поезде искала, да найти не могла. Нашла уже в школе, и не раз и не два я натыкался на нее, торопясь на занятия. На мой вопрос «Чё надо?» младшая Уизли только краснела как рак и моментально испарялась. Так-так-так, мечтаете разжалобить, значит. Вот, мол, привыкнет Гарик к явлению мелкой и рыжей, влюбится, пойдет искать, коли чего случится, спасет, да и женится потом. На фиг, на фиг! Говорю же, похожа эта самая «Уизли № 7» на мою бывшую до степени совпадения портрэтов. И я прекрасно помню, чем наш с нею роман в прошлый раз закончился. Не так-то уж и давно сие произошло.
