Отрезав кусочек, я проткнула вилкой мясо и поднесла ко рту.
— Я встречаюсь со своей работой.
Не говорить же мне о непростых взаимоотношениях со своим боссом…
— Что-о-о? — со смехом воскликнул Костя. — Ни за что не поверю! — наклонившись к круглому столу, мужчина положил локти на край, подперев ими свой угловатый подбородок. — Должно быть, у тебя отбоя от ухажеров нет. Ты просто скромничаешь.
— Боже, — с тихим хохотом я закатила глаза. — Вот что действительно неправда — так это очередь из потенциальных женихов. Серьезно, у меня элементарно не хватает сил и времени на отношения.
— Что ж, — Костя вздохнул, — это печально. Начальство слабины не дает?
Я замялась на минуту.
— Что-то в этом роде…
— Не скажу, что ты счастливица, потому что отлично знаю твоего босса, — подметил он, подняв руку, в которой держал столовый прибор. — Уверен, он смертельно доконал тебя, —
— Три месяца.
Мужчина вытянул рот в форме буквы «О», покивал, задумавшись о чем-то своем, и принялся за поедание «Панцанеллы».
— Как близко ты знаком с Владом… —
— Мы старые друзья.
— Учились вместе в Лондоне?
— Да. Благодаря Владу я ненавидел колледж чуть меньше, — с грустной улыбкой признался Костя, уставившись в пустоту, и запил внезапно пришедшую горечь напитком бургундского цвета. — Он перевелся в МГУ на последнем курсе, и с тех пор мы не виделись.
Язык чесался, чтобы спросить Костю, не знал ли он об Алине, но я стиснула зубы покрепче и встряхнула головой, избавляясь от назойливых мыслей об этой женщине и ее связи с Владом.
— А как складывались твои дела?
— Честно говоря, у меня все настолько же пресно, как и в твоем случае, — с театральной стыдливостью признался мужчина. — Я изучал бизнес, чтобы продолжить дело моей семьи. В скором времени в мое управление перейдет холдинг, поэтому я могу думать
— Это огромная ответственность. Не сомневаюсь, что ты отлично справляешься.
В школе Ледовский славился прекрасной успеваемостью, активной деятельностью и кучей призовых мест в различных олимпиадах.
— Спасибо, что так думаешь, — поблагодарил Костя. — Давай выпьем за это, — он поднял бокал с вином, и я легонько стукнула по нему своим. — За нас.
— За трудоголиков?
— За трудоголиков, — с улыбкой подтвердил Костя.
После ресторана мы покатались по Москве, посетили Красную площадь, охваченную восхищенными туристами, неспешно прошлись по воспетому Старому Арбату. Ночная экскурсия не обошлась без прогулки по Воробьевской набережной. К слову, мой спутник превосходно ориентировался на местности, хотя, помнится, я слышала заверение, будто он забыл, как выглядит несмолкающая столица.
На заключительном аккорде совместно проведенного времени Ледовский подвез меня до дома.
— Останови вот здесь, — попросила я, указав пальцем на предпоследнюю подъездную дверь с другого конца длинного многоэтажного здания, к которому мы подъехали.
Костя кивнул и сбавил скорость.
К счастью, непроглядная темень, куда ни взгляни, вуалью накрывшая район, и неработающие фонарные столбы лишили некоторых из моих соседей — обожающих совать свои носы в чужие дела — возможности посплетничать, кем я прихожусь владельцу дорогой спортивной машины.
Заглушив двигатель, блондин развернулся в мою сторону.
— Я отлично провел время. Спасибо, — мужчина вытянул руку и положил ее на спинку моего сидения. В темноте его глаза сверкали подобно алмазам. Их блеск гипнотизировал и одновременно настораживал. — Может, ты захочешь увидеться снова? Мне понравилось ужинать с тобой… и разговаривать, смотреть на тебя. Черт, — Костя глухо ухмыльнулся, провокационно проведя языком по нижней губе. — Сегодня я как никогда пожалел, что давным-давно отверг тебя. Ты заставила меня почувствовать вину за прошлое… Я думаю… нет, знаю, что ты удивительная.
Я ощущала на затылке невесомое прикосновение мужской ладони. Костя дотрагивался пальцами до моих распущенных волос, волнистым каскадом спадающих на плечи. Случайные касания отзывались прохладной дрожью, змейкой скользившей от шеи к пояснице по позвонкам.
Я сглотнула комок в горле и отвернулась от Ледовского.
— Костя… — начала осипшим голосом.
Стало не по себе от того, в какое русло перетекла наша беседа, и своеобразное признание мужчины слегка дезориентировало меня. Как женщине, когда-то испытывавшей к нему теплые чувства, мне, безусловно, доставило удовольствие услышать нечто подобное. Но… что бы он ни рассчитывал получить в ответ, я при всем желании не могла откликнуться взаимностью.
В моем сердце между ударами пульсировало только одно имя. И оно не принадлежало тому, кто сейчас находился рядом.
