Но она знала лучше многих, что там, где женщины обладают властью, слишком часто находятся мужчины, которые не остановятся ни перед чем, чтобы отнять у них эту власть. Поэтому она сделает все необходимое, чтобы защитить персонал и клиенток дома номер 72 по Шелтон-стрит.
Вероник удовлетворенно кивнула.
– Сделано.
– Что дальше?
Остальной разговор касался внутренних дел клуба: надменного и блестящего шеф-повара, которого Грейс привезла из Венеции – будучи перфекционистом, он постоянно ссорился с кондитером. Подготовки к сентябрьскому Доминиону, который должен был состояться через две недели – первый осенний и всегда самый изысканный. Прибытию уникального трио, двоих мужчин и женщины, обладавших исключительным умением обращаться с веревками – чем могли заполнить пробелы в сфере увеселений, предлагаемых членам клуба.
Спустя три четверти часа Зева и Вероник покончили с докладами. Они встали, собираясь уходить, но, уже дойдя до двери, Зева вдруг обернулась:
– Еще одно.
Грейс посмотрела на помощницу.
– В палате лордов обсуждается новый билль. В нем куча всего хорошего – безопасность для проституток, наказание для паршивцев, которые плохо с ними обращаются, возрастные ограничения для работных домов, новые водопроводы для Трущоб.
Все вопросы напрямую касались Ковент-Гардена и Ист-Энда.
– Чей билль?
– Лэмонта и Лейтона.
Двое самых порядочных герцогов Британии.
– А кто обсуждает?
Пожатие плечами.
Грейс покачала головой.
– Не пройдет. Лордов, беспокоящихся о нашем мире, недостаточно.
Есть одна истина – богатые аристократы изо всех сил стремятся избежать необходимости заботиться о бедных.
Зева кивнула.
– Что ж, во всяком случае, они об этом говорят.
– Ну, дай мне знать, когда они добьются чего-то большего. – Она посмотрела на Вероник. – И скажи своим девочкам, что мои личные дела – только мои.
Вероник самодовольно усмехнулась.
– Какие личные дела?
Грейс не удержалась и негромко фыркнула, но никто этого не услышал – в дверь робко постучались. Ее открыли, и они увидели свежее личико девчонки лет двенадцати-тринадцати. Взгляд серо-зеленых глаз перешел с Зевы на Вероник, затем на стоявшую позади них Грейс. Увидев ее, девчонка округлила глаза и снова взглянула на свою начальницу.
– Я… мне внизу велели подняться сюда.
– Докладывай, – велела Вероник.
Девчонка стянула кепку, высвободив копну черных кудрей, и нервно бросила взгляд на Грейс.
Грейс улыбнулась, вспомнив свою нервозность в этом возрасте… и как она быстро научилась прогонять ее, разговаривая со взрослыми, из страха продемонстрировать слабость, которой те с легкостью могли бы воспользоваться.
– Ну говори же.
– Здесь посетитель.
Грейс замерла. Это код.
– Где? – спросила Вероник.
– В Трущобах.
Грейс обошла письменный стол. Многие годы шпионам давалось задание присматривать за Девоном и Уитом в Трущобах, где те жили и работали. Ее импульсивные братья могли опрометчиво ввязаться в неприятности. Однако с тех пор, как у Грейс появились невестки, поток новостей из Трущоб сузился до тонкого ручейка. Похоже, братья сменили страсть к приключениям на другие ценности – страсть к женам.
Но это сообщение: «Посетитель в Трущобах», – указывало на то, что происходит нечто необычное… нечто неправильное.
Посетитель вовсе не такое безобидное понятие, как могло показаться. Это означает, что он чужак. Обычно кто-то, совершенно здесь неуместный, да еще задающий вопросы о вещах, его не касающихся. Часто это значило, что появился некто, сующий нос в дела Бесперчаточников. Юных шпионок научили обращать пристальное внимание на любого, кто спрашивал о двух мальчиках и девочке, которые могли появиться тут много лет назад, и тут же о таких любопытных сообщать.
Но они уже год как ни от кого не скрывались – свобода все еще была в новинку для Грейс, и она не могла свыкнуться с этим ощущением.
– Что за посетитель?
Девчонка взглянула на Вероник. Та кивнула.
– Продолжай.
– Здоровенный такой. Таскает для Бесперчаточников ящики на склад, – сказала та.
Корабль пришел в порт днем раньше, и его должны были разгрузить предыдущим вечером.
Вечером.
Она посмотрела на девочку. Та сунула руки в карманы и переминалась с ноги на ногу, явно колеблясь. Грейс поняла, откуда такая неуверенность. У девочки предчувствие. У Грейс оно тоже было.
– В этом вроде бы нет ничего необычного, – сказала она, подходя к девочке. – Что же насторожило тебя?
Огромные глаза поднялись и нашли ее взгляд:
– Солнце в зените.
Правильно. Бесперчаточники не переносят грузы днем. Это слишком рискованно.
«Что же они задумали?»
Грейс кивнула.
– Верно. Как тебя зовут?
– Виктория, мэм. – Девочка присела как можно быстрее – такой реверанс Ист-Энда.
Удивленная таким именем, Грейс взглянула на Зеву и Вероник, отметив их понимающие усмешки.
– Что ж, по крайней мере я бы не стала держать пари против нее.
Она сунула руку в карман, вытащила монету и бросила ее девчонке. Та поймала ее с величайшим проворством.
Из этой девочки мог бы получиться великий боец, но ей никогда не придется это доказывать, потому что она будет работать у Грейс столько, сколько пожелает.
– Ты молодец, Виктория. Спасибо.
