Возлюбленная колдуна полностью

Одевшись в светло-зеленое платье, она от­правилась на кухню. По утрам она съедала рулет или кусок хлеба с джемом, после чего совершала долгую прогулку. И сейчас она чув­ствовала необходимость придерживаться это­го распорядка, чтобы напомнить себе, что ее мир не превратился в хаос.

Аромат жареного бекона и опьяняющее благоухание свежих рулетов с корицей дразнил обоняние Лауры, когда она спускалась по чер­ной лестнице. На пороге кухни Лаура остано­вилась, ошеломленная представшим перед ней зрелищем. Во главе большого дубового стола рядом с Меган восседал Коннор, Фиона гото­вила завтрак.

— Никогда бы не приняла вас за англи­чанина, — говорила Фиона.

— Я довольно долго жил в Ирландии, — Коннор улыбнулся, заметив Лауру, стоявшую в дверях. Его улыбка была полна такого неподдельного тепла, такой искренней симпатии, что у Лауры перехватило дыхание.

Он был одет в рубашку и брюки, которые купили для него вчера в магазине готового платья. Как ему удается так царственно выгля­деть с расстегнутыми верхними пуговицами накрахмаленной белой рубашки и с рукавами, закатанными до локтей? — удивилась Лаура.

Разве она не говорила ему, что джентльмен не должен так выставлять себя напоказ? А он расселся, открыв взору впадину под шеей, где его гладкую кожу оттеняют эти манящие муж­ские волосы. Она вздрогнула, вспомнив, как эти же черные волосы терлись об ее грудь сквозь тончайший мокрый шелк.

«Это был только сон», — твердила она се­бе. Непристойный сон, который нужно поско­рее забыть.

— Мне казалось, что в вашем выговоре есть что-то ирландское, — Фиона переклады­вала яичницу с чугунной сковородки на тарел­ку, уже доверху наполненную ломтями беко­на. — Наверное, именно Ирландия привила вам любовь к прошлому и к ирландским ви­кингам.

— Наверное.

Лаура вздрогнула, хотя на кухне было теп­ло. Они вели разговор об его мнимой жизни, которая была придумана только вчера и кото­рую так же легко разоблачить, как разломать на куски теплые рулеты с корицей, грудой ле­жащие на тарелке.

— Доброе утро, — сказал он, вставая со стула, когда Лаура вошла на кухню. — Ты хорошо спала?

Внутри у Лауры все сжалось. Неужели он знает, какой сон посетил ее нынче ночью?

— Что ты здесь делаешь? — спросила она резким тоном. Фиона недоуменно взглянула на нее.

— Завтракаю с очаровательной леди, — от­ветил Коннор, поглаживая Меган по длинным темным кудрям.

— Мисс Лаура! — воскликнула Меган, вскакивая со стула.

Меган бежала по дубовым половицам так уверенно, как будто видела каждый свой шаг. Лаура наклонилась ей навстречу, и девочка оказалась прямо в ее объятиях.

— Доброе утро, солнышко, — сказала Ла­ура, крепко прижимая к себе девочку и вдыхая сладкий запах лаванды, пропитывавший ее гус­тые темные кудри.

Меган чуть отстранилась от Лауры и под­няла к ней маленькое серьезное личико.

— Вы сердитесь на меня, потому что я по­просила Коннора позавтракать со мной? — прошептала она.

— Конечно, нет, — ответила Лаура таким же шепотом.

— Но у вас был такой недовольный голос.

— Нет, солнышко, я не сержусь на тебя, — Лаура поцеловала Меган в лоб. — Я просто удивилась, увидев здесь Коннора.

Меган улыбнулась.

— Он сказал, что сочтет за честь позав­тракать со мной.

— И я тоже.

— Как вы думаете, он позволит мне уз­нать, как он выглядит? Бабушка говорит, что он очень красивый.

— Почему бы тебе не попросить его?

Меган наморщила нос.

— А вы не попросите за меня? Лаура взглянула на Коннора. Каждый удар сердца глухо отдавался у нее в горле.

— Меган хочет посмотреть, как ты выгля­дишь. Ты не возражаешь, если она прикоснется к твоему лицу?

Лаура увидела в глазах Коннора нежность, когда он взглянул на слепую девочку. Обойдя вокруг стола, он встал на колени рядом с Ме­ган и Лаурой, и осторожно взял маленькие ручонки Меган, положил ее пальцы себе на подбородок. Лаура смотрела на них, следуя взглядом за маленькими бледными ладонями Меган, которые двигались вверх по опаленной солнцем коже.

— Вы любите улыбаться, — сказала Ме­ган, прослеживая пальцами изгиб его губ.

— Ты тоже, — ответил он, улыбаясь еще шире.

Он продолжал улыбаться, пока Меган ис­следовала его тонкий нос, изгибы скул, густые черные брови. У Лауры появилось чувство, будто она тоже прикасается к гладкой золо­тистой коже, узнавая каждый изгиб, каждую морщинку, каждую шелковистую ресницу во­круг глаз. Она смотрела, затаив дыхание, как Коннор стоит перед девочкой на коленях, спо­койный и послушный, подобно сильному ди­кому жеребцу, позволяющему бабочке дотро­нуться до него.

— Бабушка права, — сказала Меган, улыб­нувшись и поглаживая его по широким пле­чам. — Вы красивый.

Коннор поцеловал ее в кончик носа.

— Спасибо, милая леди.

Лаура стиснула зубы, пытаясь сдержать слезы, выступившие у нее на глазах.

Фиона, глаза которой тоже увлажнились, прочистила горло.

— А теперь садитесь и ешьте, сэр. А то ваш завтрак остынет.

Коннор поднял Меган на руки и посадил развеселившуюся девочку на стул слева от се­бя. Фиона поставила перед ним тарелку с яич­ницей и беконом.

—Мой отец уже завтракал, Фиона? — спросила Лаура.