Осы отступили, и Джесс с Эбби увидели гигантскую пуму. Зверюга пыталась пробить лобовое стекло и добраться до них.
- О, это не очень здорово, – пробормотал Джесс себе под нос.
Он развернул машину и поехал задом на пугающей скорости. Выкрутив колеса, Сандаун заставил пуму слететь. Затем ударил по газами выехал на нужную полосу.
Эбигейл затаила дыхание, ее охватила паника. Она не видела выхода из этой ситуации.
- Как думаешь, Чу Ко Ла Та может нас еще раз спасти?
- Со временем он может остановить это. Я просто не знаю, как долго мы протянем. Не говоря уже про пуму. Боже, я бы сейчас многое отдал за пучок мяты.
Машины по-прежнему съезжали с дороги, так как на водителей нападал рой.
Проезжая мимо заправки, Джесса осенила идея.
«Безумие, но...Это все, что у меня есть».
Джесс направился к следующей по улице заправке.
Эбигейл съежилась, когда они приблизились к станции, увидела тела людей, которых поймали врасплох осы, и теперь они умирали от многочисленных укусов... были и другие: запертые в машинах, они звали на помощь, пока осы клубились в поиске новых жертв.
- Мы можем для них хоть что-нибудь сделать?
- Да. Только остановить Койота.
Намного легче сказать, чем сделать.
Джесс подъехал к мойке и завернул внутрь. Эбби хотела спросить, что он делает, как вдруг двери закрылись, и преследовавшая их пума врезался в стену, но не смогла дотянуться до них через жесткий пластик.
Махнув рукой, Джесс заставил пойти воду. Осы вокруг авто обезумели от распылителей.
На сердце стало легче. Это блестящая идея. Они утопят ос.
Смеясь, Эбигейл повернулась и поцеловала Джесса в щеку.
- Ты гений!
- Ах, не делай так. А то я действительно могу подумать, что нравлюсь тебе и тогда где мы окажемся?
«Он прав. Это пострашней нападения ос-убийц и рассерженной пумы».
И как только эта мысль пронеслась в голове, тут же посетила другая.
- Ты владеешь телекинезом.
Он кивнул.
- Немного, но это не всегда надежно.
- Как так?
- У меня было несколько неудач. Я пользовался им довольно часто, но после досадного инцидента научился себя контролировать.
Эбигейл жаждала услышать подробности.
- И что за инцидент?
Сандаун покраснел.
- Я не хотел бы делиться этим или пережить вновь. Достаточно сказать, меня это кое-чему научило, и я об этом никогда не забуду.
«Что ж, тогда ладно».
Эбигейл откинулась на сидение, а вода и пена избавляли их от угрозы. Осы соскальзывали с машины, образуя на земле красивый толстый настил. Эбби наблюдала за дождем из ос, как весь ужас содеянного накрыл ее с головой.
«Этим вечером я убила друга».
«И потеряла семью».
«Я одна».
«Но это многократно хуже, чем...»
Джесс почувствовал ее печаль как свою. В тусклом свете он наблюдал, как водоворот эмоций кружил на лице и омрачил глаза Эбби.
- Все будет в порядке, – попытался успокоить он.
Девушка покачала головой.
- Нет. Все что я знала, все, что мне говорили люди, которых я любила, оказалось ложью. – Она протянула руку, радуясь, что та по-прежнему человеческая, а не демоническая, но знала правду. – Я позволила им соединить себя с демоном, и мой приемный брат сделал тоже самое. Я не знаю, что я теперь такое. Не знаю кто он. Прежде все было таким ясным. Убить тебя. Отомстить за родителей, защитить семью и Аполлитов от Темных Охотников.
Она встретилась с ним взглядом, и одинокая слеза скатилась по щеке.
– Я - чудовище, Джесс. Я уничтожила себя.
Эти слова терзали сердце, напоминая ему тот день, когда он сделал такой же вывод. Так трудно увидеть истину о себе.
Еще трудней встретиться с ней лицом к лицу.
- Ты не чудовище, Эбби. Я бы сказал, запутавшаяся. Но не чудовище. Поверь мне. Я достаточно их видел.
- Да, верно.
Дотронувшись до щеки, он повернул ее лицо к себе, чтобы Эбби увидела его искренность.
- Посмотри на меня, Эбби. Я знаю, что такое просыпаться злым на весь мир. Сердиться на Бога и человечество за то, что они сделали с тобой и желать, чтоб все заплатили за содеянное. Чувствовать, когда весь мир не видит в тебе больше никого, кроме мальчика для битья. Как и твоя, моя мама умерла, когда я был ребенком. Она единственное, что было хорошего в моей жизни. Единственная, кто заставлял почувствовать себя человеком. Мой отец ненавидел меня и никогда ни от кого не скрывал этого факта. Свой собственный гнев на этот мир он вымещал на мне, он оставил множество шрамов на моем теле и душе. По сей день я слышу в голове его полный ненависти голос, как он пытается отравить мой разум. Пытается отравить меня. Я убежал из дома после того, как он чуть не убил меня. Мне было тринадцать. Я пытался найти какую-нибудь приличную работу или приют. И обнаружил, что люди пытаются задеть другого, даже если это всего лишь ребенок. Получая от этого нездоровое наслаждение. Так они чувствуют себя сильными и влиятельными, а жестокость разрушает сердце и душу их несчастной жертвы.
Он сглотнул, вспомнив несколько бездушных уроков и лица своих обидчиков. Но сейчас речь шла не о нем, а о ней.
