Когда компания ввалилась в ближайший, оказалось, что он уже занят: девочка, забившаяся в угол, вскрикнула от неожиданности, а женщина, сидящая рядом, закрыла ей рот и умоляющим взглядом уставилась на вошедших. Помимо них в шатре сидело около десяти баб. Выбирать не пришлось, поэтому Йохан решил остаться здесь. Он лишь поднёс указательный палец к губам, чтобы всех успокоить.
Все затаились в тёмном убежище: Скогг держал меч наготове, Кочан вложил болт в арбалет, а Фогги бормотал какую-то молитву. Тяжелее всех было Гансу. Мальчик свернулся калачиком и, зажмурив глаза, периодически постанывал. Йохан же слушал. Он внимательно улавливал всё, что происходило снаружи. Как кричали солдаты, как они спотыкались, что-то роняли, но продолжали убегать. Иногда в шатёр забегали испуганные солдаты. В такие моменты Кочан со Скоггом вздрагивали, а Ганс вскрикивал и подпрыгивал, как будто подхватил лихорадку. Йохан же заметил странную вещь: ни на одном из вошедших не было ран. Почему ангелы не стреляют? Почему не атакуют? Может, они к чему-то готовятся?
Неожиданный и громкий треск застал всех врасплох. Казалось, будто неосторожный мальчишка зарядил мячом по здоровенной хрустальной люстре. «Должно быть, барьеры не выдержали» — пролетела мысль в голове у Йохана. Очень странно. Йохан довольно часто сражался под защитой тех барьеров. Они никогда так не разбивались. Такой звук мог получиться, только если барьеры сломались одновременно, но такое не под силу никому. Что за чертовщина там происходит?
Крики солдат только усилились. Поддавшись панике, все эти люди, которые совсем недавно с лёгкостью сжигающие деревни, оказались не опаснее кучки муравьёв.
Неожиданно в шатре стало светло и сверху подул лёгкий ветерок. Белый ангел проделал дыру в крыше и с грохотом влетел внутрь, так что поднялось облако пыли. Бедолаги стали выбегать наружу через проделанные дыры в стенах. Только Скогг не растерялся и быстрым движением приблизился к огромной фигуре.
—
Меч Скогга на полпути к шее как будто стал легче. Клинок изменил траекторию и, оставляя за собой голубоватый след, с свистом понёсся к бедру. Ангел оказался быстрее. Заблокировав выпад круглым щитом, он без труда отбросил Скогга им же. Тело мечника подобно тряпичной кукле пролетело через весь шатёр и шлёпнулось где-то на улице.
— Братан!! — Завопил Фогги. Со слезами на глазах он бросился на ангела. Из его рук стали появляться маленькие зелёные пузырьки. Он стряхнул их, и те с шипением растворили часть щита. Тогда Фогги с размаху ударил его в живот. Послышался треск камня, но ангел всё так же невозмутимо стоял.
Йохан хотел помочь товарищу, но не успел: ангел поднял над головой меч и без особых трудностей разрубил Фогги на две части. Хлынувшая кровь полностью покрыла Ганса. Мальчик упал на землю и завопил, пытаясь за что-то уцепиться. У Кочана из трясущихся рук выпал арбалет. За всю свою долгую жизнь он впервые увидел, насколько просто убить человека. Далеко не каждый может с первого раза отрубить голову, а тут такое…
— Мразь! — Теперь напал Йохан. Нет времени скорбить по Фогги, неизвестно, жив ли Скогг. Сейчас самое главное- защитить Ганса и Кочана и выжить самому!
Йохан достал кинжалы и хотел вонзить один в затылок, но ангел с какой-то дикой скоростью развернулся и рассёк воздух прямо перед носом. Если бы Йохан вовремя не присел, то был бы уже мёртв. Ангел отбросил повреждённый щит и с ещё большей яростью замахал окровавленным лезвием.
Йохану пришлось выпрыгнуть из шатра, ангел же без раздумий последовал за ним. Напор был таким сильным, что Йохан бежал спиной вперёд, не в силах хоть как-то ответить. Меч то и дело свистел над его головой. «Замешкаюсь хоть на мгновенье- умру!» Йохан начал чувствовать усталость, ангел же не сбавлял темпа- его не останавливали даже попадающиеся на пути трупы, которых он давил, как тараканов. Вдруг ангел осёкся. Всего на мгновение сбавил темп.
—
Такое мощное заклинание Йохан мог поддерживать всего несколько секунд, так что он почти сразу выдохся. От ангела шёл дым, теперь он не был таким белоснежным. Хоть он и закоптился, но всё равно продолжал стоять, даже поднял меч над головой.
— Да когда же ты сдохнешь!? — Йохан хотел вонзить кинжал в живот, но тот как будто ударился о камень. Тогда он направил всю оставшуюся силу в лезвие.
—
Клинок раскалился докрасна и вошёл в тело как в масло. Живот ангела засветился изнутри, по всему телу пошли трещины. В предсмертных конвульсиях тот уронил меч и, покачнувшись, упал на спину и рассыпался на черепки.
