— Я сотрудник ФСБ, а не твой человек, — буркнул он недовольно в ответ.
— Жаль, — признался искренне и с хитрой улыбкой добавил: — Думал, ты останешься со мной. Даже свою тачку планировал подогнать в честь этого.
— Тачку можешь, конечно, подогнать, я не буду против, — мгновенно остыл Дима и по-простецки почесал затылок, — но между нами всё кончено, подруга. Я возвращаюсь к своему бывшему на постоянной основе.
— Ты уверен? — не сдержал весёлого смеха. — Неужели у вас всё серьёзно?
— Серьёзнее некуда, — краешком губ улыбнулся он. — А эти трое послужат хорошим приданным, так что отдай их мне, пока твой солдафон не попортил их товарный вид.
— Этот солдафон, между прочим, считается одним из лучших снайперов, — ехидно прищурился, наблюдая за реакцией Димы на сказанное, — и это его брата ты убил на мосту, защищая Марка. Уверяю тебя, нам очень повезло, что он тогда отказался от дела, а сегодня на нашей стороне. Так что, давай не будем накалять и без того напряженную обстановку, договорились?
Лицо Димы удивленно вытянулось:
— А он знает, что это я убил?
— Да.
— И после этого согласился работать на тебя? — рот раскрылся ещё шире. — Как так?
— Останешься со мной, расскажу. А сейчас ты должен понять, что у него свой интерес находиться здесь. И я тебе не троих обещал, а двоих. Того товарища, — кивнул на ничего непонимающего Флэтчера, — я обещал Дантисту. Но тебе повезло, похоже для него у меня будет более ценный подарок. Если ты не будешь мешать, то получишь троих.
— Окей! Айм сори, май онер, — тут же капитулировал Дима, низко поклонившись.
Пока все недоумевали над коротким представлением, снова весело хмыкнул и возобновил свой диалог на английском:
— Итак, вернёмся к делу. Да, Флэтчер, это брат того мальчишки, которого вы подставили. И Дантисту не терпится…
— Он думал, что сможет заработать большие деньги легко! Сам сделал свой выбор и облажался! — огрызнулся обвиняемый, не дав договорить.
«А ведь и не поспоришь», пришлось согласиться, но вслух сказал:
— Как бы там ни было, затеяв против меня заговор, вы объявили мне войну. А это чревато последствиями. Я обещал Дантисту, что он сможет отомстить виновным за смерть брата, и я всегда держу обещания. — Выдержал многозначительную паузу, предлагая виновным самим придумать свой исход и прям кончиками волос ощутить всю драматичность происходящего.
— Нас обманом втянули в эту игру! — не выдержал первым Харрис.
— Я тоже не знал, во что меня втягивают, — подхватил в панике Смит. — Они заставили меня! Не оставили выбора! Это всё он! — и ткнул пальцем в сторону Флэтчера.
— Ну конечно, — фыркнул Флэтчер. — Кто бы сомневался, — и отвернулся, уставившись усталым взглядом на туф, коим были сделаны стены грота.
— Знаете, мне глубоко плевать, знали вы или нет на что подписывались. Сам факт, что вы сейчас здесь, говорит о вашей виновности.
— Что? — возмущенно крикнул Смит. — Нет! Я не виновен! Да кто ты вообще такой?! Если сейчас же меня не отпустишь, я позвоню своему адвокату и заявлю на тебя в полицию!
— Не утруждайся, нужный тебе человек уже здесь. — И обратился к Диме по-русский: — Этот уже твой, можешь вязать.
Дима тут же вытащил удостоверение сотрудника ФСБ и наручники, и подошёл к Смиту со словами:
— Оперуполномоченный Болтов Дмитрий Дмитриевич, — с наслаждением протянул каждое слово Дима и по-фиг, что его не понимают. — Ты подозреваешься в планировании и покушении на убийство Громыкина Марка Владиславовича. Никаких прав у тебя нет, поэтому просто выставь руки вперёд, чтоб я украсил их браслетами.
Смит в ужасе попятился назад, но Дима легко схватил его и, скрутив руки за спину, насильно защелкнул на запястьях наручники.
— Ну что ж, продолжим. Харрис, теперь у тебя есть целый замок, поэтому всю свою коллекцию антиквариата и прочего достояния в области искусства, ты пожертвуешь в музей. Я проверю! Смит, Флэтчер, здесь подготовлены документы о продаже ваших предприятий по номинальной цене в пользу другого человека. Роберт, покажи им, где нужно расписаться. — Роберт поправил очки и деловито достал из чемоданчика документы и ручку. — Так же мы с вами сейчас подпишем злосчастный договор об объединении наших компанией и закроем, наконец-то, этот вопрос. Разумеется, договор полностью ориентирован на НАШИ интересы. Дополнительно мы учли моральный ущерб, который вы нанесли нам своими действиями, поэтому ваша доля на каждого уменьшилась в два раза.
— Ты итак оставил нам всего лишь по десять процентов! — снова закричал Смит, не бросая попытки вырваться из рук Димы.
— Верно, значит теперь пять. Могу и это число поделить, если хотите. Сегодня я узнал, что даже одного процента достаточно, чтобы реализовать свои идеи. А у вас целых пять! Так что, с этих пяти по четыре процента вы будете ежемесячно отчислять в благотворительный фонд. И не абы какой, а по реквизитам, которые вам предоставит мой банкир. — Указал на Гарри.
— Это грабёж! — не выдержал и Харрис.
