Я и сам бы так сделал, имея такое подавляющее преимущество в количестве воинов. Довёл подчиненным замысел боя и сигналы управления, проверил вооружение, усилил охранение и отдыхать!
А что ещё делать? При такой разнице в численности, более крупному войску придётся атаковать. Без вариантов. Мой шанс придется ловить в обороне. Даже во встречном бою я не вижу путей к победе. Какая уж тут атака?
Зато нам, вместо отдыха, сегодня предстоит ещё немало работы. Доделать засеки, разметить позиции подразделений, собрать и в нужных местах разместить «рогатки», рассыпать «чеснок»*, выкопать специальные ямки для противодействия коннице, отмерить и покрашенными колышками обозначить дистанции для стрелков.
Укрепить защиту лагеря. Собрать и провести по ратному полю командиров, показав им все наши приготовления и напомнив замысел предстоящего боя. Чтобы завтра они уверенно ориентировались в бою и не завели свои подразделения на наши же ловушки.
— И ведь ни одна сволочь нас не поддержала, — негромко проговорил едущий немного позади меня Агро Кедрик. — Ладно Жерар и Филип, но бароны! С таким королём на нашем месте в любой момент может оказаться любой из них. Я думал, что понятие чести и достоинства не являются для них пустым звуком.
— Мы видели не всех баронов, — поддержал разговор Кисил. — Может, кто-то и не разделяет позицию короля.
— Но всем были отправлены письма с разъяснением возникшей ситуации. Ознакомились с ними все, — возразил Бедрич. — Не стоит тешить себя бесплодными надеждами. Да и кого мы не видели? Медов? Глоц? Лесковин?
— Эх! — с досадой махнул рукой Бедрич тер Кронос. — Три самых слабых баронства. Если, конечно, не считать Шрегер. Страх перед сильными мира сего у них сильнее, чем их же порядочность.
— Что-то происходит с людьми, которые находятся рядом с Дорианом. Куда-то испаряется их порядочность. Видимо, общение сближает. Вот, возьмите к примеру, род Бофремон, — решил пояснить я.
— Я знал некоторых членов рода Бофремон и все они были достойными людьми. Взять, хотя бы, бывшего капитана королевской дружины Алфонса или одного из высших чиновников Варнии, покойного Элизио. Порядочные и толковые аристократы. А вот уже внук Элизио — Гуго, по воле короля отправился убивать мою семью. Женщин, детей, внуков… — смиряя ненужный сейчас гнев, я лишь крепко сжал челюсти. — Какое вы от них благородство ожидаете?
— Ладно, хватит маяться! Завтра мы лишим Его Сопливое Величество непосильных для него обязанностей монарха, — я чуть тронул пятками бока своего коня, переходя на рысь.
Проехав вдоль позиций своих войск, уже выстроенных перед боем, я произнёс короткую, но очень эмоциональную речь, постаравшись как можно лучше настроить воинов перед тяжёлым сражением. Подбодрить бойцов и командиров всех степеней, чтобы их не смущало численное превосходство врага.
Так как королевские войска пока не были готовы к битве, с трудом пытаясь выстроить свои дружины, я дал команду отдыхать, не покидая строй. Пусть посидят на травке, расслабятся. Нечего мучить себя, пока королевская рать бестолково топчется на противоположном конце поля.
По-хорошему, сейчас бы Дориана атаковать! Пока его войско в расстройстве. Эх! Но слишком уж их много. Пусть бы вражеских войск было больше, но, всё-таки, не настолько. Слишком уж у них подавляющий перевес в количестве.
Убедившись, что у нас к предстоящему сражению всё готово и мы можем начать в любой миг, я забрался на наблюдательную вышку. Мой командный пункт! С собой взял только генерала Вернера.
Сток мне нужен для того, чтобы своевременно принимать решения в ходе боя, а вот сыновей пришлось оставить с нашими бойцами. По-другому никак. Бедрич и Кисил вместе со своими сыновьями сейчас среди своих воинов, поэтому и мне нельзя поступить иначе.
Балбесы хотели возглавить объединённую конную дружину дворянского ополчения, но я отговорил. Убедил присоединиться к пешим отрядам своих баронств для обеспечения их устойчивости в бою.
Ополченцы — они такие. Могут побежать, если на них хорошо надавят. А вот если в их строю будет находиться собственный барон со своими сыновьями, устойчивость подразделения сильно вырастет.
