- Пауль! – закричал Дерек, плывя в волнах сильнейшего оргазма, едва успевая выскользнуть из омеги, не следует лежать в сцепке на холодных досках веранды.
Дерек, уложив измученного Пауля себе на грудь, стал перебирать его влажные волосы.
- Вы глупцы, играющие со смертью, - его голос сорван и немного хрипит.
- Нет, всё просчитано, мордраки агрессивны только в сезон спаривания, а так они - милейшие создания, если нет угрозы их потомству. Он сам помогает тебе, отправляя силовым потоком к поверхности, иначе затянет на глубину. Стражи глубин уникальны… - ответил омега непослушными губами, погружаясь в сон.
Три дня, выделенные им, подошли к концу, пришло время возвращаться к своим обязанностям. Сладкая патока искусственной страсти развеялась, оставляя послевкусие сожаления, не будет больше откровенных ночей, разделённых на двоих. Им только ещё предстоит пройти свой путь. Жалел ли Пауль о сделанном за него выборе, простил ли насилие Дереку? Он смотрел на безмятежно спящего мужа и понимал, что страх и ненависть к Дереку ушли. Воспоминания о насилии схоронились в дальнем уголке памяти, наверное, это особенности его стрессоустойчивой психики. Чем руководствовался его дед, обучая внука боевым техникам прошлого, проводя через боль, к чему готовил, теперь уже не узнать. Но, как любит говорить Заур, что выросло, то выросло. Пауль не представлял себя изнеженным омегой, чьей единственной заботой являются выбор украшений и желание угодить супругу. Нет, он, конечно, по-прежнему мечтал о детях, но не сейчас, когда ещё не окончено обучение.
Сегодня ночью он видел сон. Они гуляют с Дереком по саду, а рядом бегают два сорванца, так похожие на них. Пауль поймал себя на мысли, что совершенно не против такого будущего. Рядом со своим котвой он чувствовал себя защищённым, и уже не страшила густая тьма небытия, испугавшая его в первый раз, теперь было не страшно заглянуть за запретную грань, потому что он знал, его удержат, не отпустят надёжные руки. Вот и выяснилось, что, помимо тела, он готов доверить своему супругу и собственную жизнь.
Тревожно запиликали коммуникаторы, извещающие о скором прибытии катера. Дерек зашевелился, просыпаясь, потянулся всем телом, чмокнул Пауля в щёку и, провокационно изогнувшись, выдал:
- Если отправимся в душ вместе, мы ещё успеем пошалить.
"Вот как он умеет говорить пошлости с таким невинным лицом?" - подумал Пауль, зарываясь в одеяло, и крикнул: - Дверь закрой, дует!
Дерек пошумел раздвижными створками, включил отопление, направив струю тёплого воздуха на Пауля.
- Спи, я перенесу отлёт на обед. Совсем я тебя вымотал, но, знаешь, я бы повторил, - довольный собой, альфа отправился мыться.
- Я бы тоже, - прошептал Пауль, едва за Дереком закрылась дверь.
========== Глава двадцатая ==========
На следующий день, после возвращения с Белоозера, Дерек сделал Паулю ответный подарок.
Древний меч – катана - был семейной реликвией, передаваемой от отца к сыну, но, увидев вакидзаси Пауля, Дерек понял, что мечи являются парой - дайсё, выполненной одним мастером в едином стиле. Вопрос о подарке Паулю больше не стоял, омега-воин был достоин владеть катаной.
Пауль замер, не смея прикоснуться к мечу, лаская взглядом тонкую вязь клейма мастера:
- Дайсё! – выдохнул он.
- Да прикоснись уже к своему подарку! – засмеялся Дерек, он был счастлив, что сумел угодить мужу. Вот что он за омега? Замирает в восторге от вида заточенной стали, не обращает внимания на драгоценности, но другого рядом с собой он уже не видел.
Едва прикоснувшись к рукояти клинка, Пауль снова увидел прошлое.
* * *
Юрий Арин, младший помощник капитана «Эдема», опаздывал на смену. Он бежал по прогулочной палубе, стремясь сократить дорогу. Уилл снова, как по расписанию, закатил очередной скандал, вторая беременность давалась омеге с большим трудом. Ему и Ирвину чудом удалось уговорить мужа выпить успокоительное, и вообще повезло, что Ирвину, супругу-бете, сегодня идти в смену, он присмотрит за омегой.
Погружённый в собственные невесёлые мысли, Юрий не заметил, как ему наперерез, с верхнего яруса, где собралась весёлая компания юных омег, спикировал Вен. Он едва не сбил альфу с ног, зависая над правым плечом:
- Опаздываешь? – поинтересовалось юное дарование, работая своими чёрными крыльями.
Вениамин Слоу, сын капитана Александра Слоу, гений математики и физики, чёрнокрылый десятилетний омега, любимец семьи и наставников, несносный шалун и заводила, по мнению Юрия, просто – шило в заднице! Который не упускал возможности подшутить над тридцатилетним альфой, особенно, если ему удавалось пробиться во время вахты Арина на капитанский мостик. Из-за смешного хвостика смоляных кудряшек, собранных на затылке, Юрий называл его Веником, игнорируя требование мальчишки обращаться к нему только по прозвищу – Кондором. Для десятилетнего дарования рассчитать курс корабля с примерными прикидками на неделю вперёд было - раз плюнуть! Расчёты, над которыми вся команда сидела сутками, он мог сделать за пару минут.
