Со смертью любимого его жизнь потеряла смысл. Без Юрия он умирал, как будут умирать навигаторы без своих альф, соединённые жизнью и смертью.
Огромный корабль, в лабораториях которого хранились ценные генетические образцы, способные дать толчок к созданию новой расы, погружался на дно океана. Легендарный корабль–лаборатория «Иллюзия», чьи поиски не прекращаются до сих пор, мягко лёг на песчаное дно. Пройдёт время, и пески занесут его, скрывая от алчущих всевластия. Океан Илизиума и стражи глубин умеют хранить свои тайны.
На борту корабля, в криокамере, вечным сном спал его альфа. Кондор сжимал в руке танто, последний из подаренных отцом клинков. Три смертельных жала, вывезенных с Терры как память о далёком предке – катана, вакидзаси и танто.
Танто плавно вошло в грудь, прерывая жизнь омеги, сердце, измученное тоской, замерло. В морской пучине нашли последний приют Корсар и Кондор, на саркофаге лежал танто, ожидая преемника Вениамина Слоу.
* * *
- Танто, - проговорил Пауль, сжимая в руках рукоять катаны.
- Что ты сказал? – это Пауль прожил чужую жизнь, а для Дерека пролетело мгновение.
- Клинков должно быть три: вакидзаси, катана и танто.
Танто, испив кровь хозяина, спит на дне океана. Катана, разящая врагов потомков Юрия Арина на протяжении столетий, вернулась в руки наследника Кондора. Кем были они, наследники Корсара? Чьи руки держали древний клинок? Пираты, наёмники, заговорщики, приведшие к власти Пантеонатов, верные слуги империи – герцоги Аринские. Вакидзаси, чей путь не смог увидеть маленький Пауль, его проклятый дар ещё спал, когда он впервые прикоснулся к клинку, меч стал сопричастен судьбе омеге. Но Пауль был уверен, что путь вакидзаси – это путь крови, приведший Вэнслоу на Илизиум.
Что будет, когда три клинка найдут своего хозяина, покажет лишь время. «Есть время разбрасывать и есть время собирать камни. Точка отсчёта – Илизиум», - думал Пауль Аринский, рассматривая подарок супруга.
========== Глава двадцать первая ==========
«Ксавье, останься!» - приказ императора прозвучал прежде, чем Рауль успел покинуть кабинет Лукаша. Он вернулся к тёплому пламени камина, усаживаясь в недавно покинутое кресло.
Вино играет в бокале, почти час беседы ни о чём, пока Лукаш не перешёл к главному:
- Рауль, ты должен жениться, - император выделяет последнее слово, отдавая приказ своему подданному.
- Лукаш, зачем ты так со мной? – они знают всё о прошлом друг друга. Своё прошлое Рауль предпочёл забыть и не вспоминать, не извлекать из тайников души давно ушедшие тени.
- Ставя на себе крест, ты не вернёшь ни своего омегу, ни сына. Отпусти и двигайся дальше.
- А те пять лет, что я был подстилкой для особо садистских утех твоего отца, мне тоже забыть? Забыть, как добровольно подставлялся ему, думая, что тем самым спасаю жизнь сыну?
- Да! Как забыл я, на ком скончался от сердечного приступа мой отец!
- Виконт Раймонд де Маруа, вот уже как тридцать лет мёртв, он ушёл вослед за мужем и сыном, - Рауль сделал большой глоток из своего бокала, выплеснув остатки вина в пламя камина, древняя традиция – дань усопшим.
- Виконт мёртв, но лейб-медик Рауль Ксавье жив, - Лукаш приподнял свой бокал за здравие.
- Знаешь, можно убрать шрамы с лица и тела, изменить внешность и судьбу, но нельзя вылечить искорёженную душу. Я же ненавидел себя, получая удовольствие в объятиях Романа! Можно врать другим, но не себе, после пяти лет под альфой я уже не могу быть с омегой. И ты это знаешь!
- Поэтому и предлагаю брак с Генрихом, только тебе я могу доверить сына.
- С кем? – Рауль не хотел верить сказанному Лукашем.
- С Генрихом Маруа – моим сыном. И прежде чем ты начнёшь возражать, выслушай внимательно всё, что я тебе скажу. - Когда со стороны Рауля не последовало возражений, император продолжил: - После бала претендентов мало у кого остались сомнения в том, кто истинный отец наследника маркиза Маруа. Генрих - моя копия. Твой младший брат, прикрывая мои шалости, поимел не только титул и богатство, но и власть, председательствуя в нижней палате сената. Мне нужна твоя помощь, вернувшись в семью равным супругом наследника, ты как старший в роду, будешь представлять семью Маруа и мои интересы в сенате. Среди младших родов зреет заговор, все нити ведут к твоему брату, он так же, как и Кевин Вэнслоу, мечтает посадить на трон империи свою марионетку.
- Не признавай Генриха! – Рауль понимал, что не сможет изменить принятого Лукашем решения, но мальчишку было искренне жаль. Всё, что он взял от своего биологического отца – это яркая внешность Пантеонатов, огненные волосы, карие глаза, нос с аккуратной горбинкой, но жестокость и беспринципность императора обошли его стороной. Слишком благородный, доверчивый, в какой-то мере ранимый, он не готов к вступлению в змеиное логово, именуемое семьёй императора.
- Признав Генриха, я расшевелю гнездо заговорщиков, они начнут действовать и наломают дров, времени на игры нет! Перед лицом внешней угрозы народ должен сплотиться вокруг своего императора. В смутное время иметь за спиной заговорщиков – смерти подобно.
