Аринский расположился в гостиной на большом диване, опоясывающем полукругом низкий овальный стол. Для второго курса были предусмотрены более комфортные условия проживания. Считалось, что притирка друг к другу прошла ещё на первом году обучения, поэтому каждый второкурсник имел собственную спальню с выходом в общую гостиную, оборудованную всеми удобствами и баром.
Дерек медленно потягивал из узкого бокала игристое вино, крошечные пузырьки разбивали изумрудную влагу, опаляя огнём кровь. Он не особо любил алкоголь, но зелёное вино с Гринтерры помогало сконцентрироваться. Когда переборка плавно скользнула в сторону, пропуская в комнату вновь прибывших альф, он, поднимая свой бокал в приветствии, был предельно собран.
Встреча вышла немного скомканной, но постепенно градус выпитого вина повысил настроение, и обмен новостями стал набирать обороты. Тем не менее, между альфами чувствовалось напряжение. Генрих решил первым задать мучивший всех вопрос:
- Пауль остался на Райдосе? – маркиз прожигал взглядом дыру в груди Дерека. Он не посмел обвинить юного герцога в плохом обращении с супругом, но в комнате повисло молчание, альфы опустили глаза под пристальным взглядом своего капитана.
- МОЙ супруг отдыхает!
- Он болен? – Ингвар был явно встревожен состоянием друга.
- Ничего серьёзного, - решил отмахнуться Дерек, он не хотел делиться их с Паулем горем. Не хотел сочувствия и жалости, потому что во всём произошедшем винил только себя одного. Последние дни он жил, взвалив крест ответственности на себя, решив нести это бремя в гордом одиночестве.
- Ты! - Генрих бросился бы на Аринского, если бы Лео и Ингвар не удержали его. – Что ты сделал ему?!
- Маркиз! Вам не кажется, что задавать подобные вопросы неуместно? Вам, младшему супругу императорского лейб-медика, следует заботиться о здоровье собственного мужа, а не лезть в нашу с Паулем спальню! – Дерек намеренно оскорблял признанного сына императора. Мальчишка явно нарывался, ему следовало преподать хороший урок. Немного пустить дурной крови, проясняя сознание. Возможно, это поможет ему в дальнейшем не вставать между Дереком и Паулем.
В комнате словно стало холоднее на несколько градусов от ледяных молний, что сверкали в глазах двух соперников. Но, когда слова ритуального вызова на поединок были готовы сорваться с уст, из спальни вышел Пауль. Благоухающий свежестью после душа, с приветливой улыбкой на губах и сияющими глазами он был искренне рад встрече. Если бы не синие тени, залегшие вокруг глаз, и бледность, он выглядел бы вполне здоровым.
Пауль прошел к Дереку, старательно не замечая напряжения между супругом и Генрихом.
- Больше так не делай, - упрекнул он мужа. - На меня не действует снотворное, но за заботу спасибо! – и омега нежно, не переходя грани приличия, поцеловал Дерека в самый уголок сжатых губ.
У Дерека словно сработал переключатель, согнавший с лица альфы гримасу ненависти. У ребят от удивления вытянулись лица, только Генрих отвернулся, скрывая досаду.
- Можно подумать, ты сам готов отдохнуть лишнюю минуту, - заворчал Аринский, усаживая Пауля рядом с собой.
- Ребята, я так соскучился! – Пауль улыбнулся своему экипажу, разгоняя своей искренней улыбкой холод недавнего конфликта. Он протянул тонкую кисть Ингвару, альфа трепетно поцеловал кончики ухоженных пальцев.
- Надо же, действительно - омега! – неподдельное восхищение в голосе юного балбеса вызвало дружный смех, окончательно разряжая тяжёлую атмосферу.
Но Пауль видел настороженные взгляды Генриха в свою сторону, маркиз словно сканировал его, пытаясь обнаружить в движениях скованность и напряжение. В отличие от Дерека, навигатор не собирался скрывать что-либо от своего экипажа. Они не просто одна команда, они почти семья, от доверия друг к другу зависят их жизни. И как бы ни было больно, но ребятам необходимо рассказать всё.
А вот как начать непростой рассказ, Пауль не знал. Он так и сидел, прижавшись к тёплому боку Дерека, слушая восхищённое повествование Лео о сыне. Драгич с гордостью рассказывал о первых робких шагах своего наследника, улыбках, укусах и выдранных с головы отца волосах. Слушая о чужом счастье, Пауль расслабился, радуясь за друга, он так и не заметил напряжённой спины Дерека, его побелевших губ.
Вопрос прозвучал внезапно:
- Пауль, а вы когда планируете наследников?
Ингвар, старший сын в многодетной семье, проживающей на самой окраине империи, не считал неприличным спрашивать омегу о потомстве.
Лео, прервавший свой рассказ, укоризненно посмотрел на младшего альфу. Ингвар, вспомнивший известную всей империи страшилку об омегах Аринских, смутился.
- Я потерял ребёнка, - спокойно ответил Пауль.
- Что? Когда? Это случилось из-за Аринского? – вопросы прозвучали одновременно.
- Зачем ты им сказал? - простонал Дерек, ещё сильнее прижимая омегу к себе. Он словно пытался спрятать его от всего мира, но запретить вспоминать о боли был не в силах.
