– Дед, пойдем домой, сегодня и мама дома, она за молоком на другой конец деревни пошла, видно, не слышала, что бабушка упала.
Тяжело поднявшись с колен, старик молча обнял внука за плечи и повел домой.
«Да, дела! Это как же люди напуганы, если никогда не обращали внимания на далекие выстрелы, а теперь падают», – подумал участковый и вместо того, чтобы вернуться в участок, отправился к Ямпольским.
– Что там опять случилось? – этим вопросом встретил его Федор.
– Ничего заслуживающего внимания. Просто где-то далеко стреляли, ну а одна бабка решила, в нее. Упала и потеряла сознание с перепугу.
– Считаешь, ничего страшного? Уверен, что она никак не причастна к произошедшим событиям?
– Уверен, нервы надо лечить. Я думал, истории про «черные руки» и «черного человека» – развлекуха для пионерского лагеря, ан нет, в деревне просто психоз какой-то.
– Ну вот, а ты говоришь, ничего страшного. Ты понимаешь, люди напуганы этими смертями, им сейчас палец покажи, они решат, что это нож. Надо что-то делать.
– Что? Клавдия Степановна под следствием, точнее, уже суда дожидается. Московские преступления к нам касательства не имеют, осталось найти убийцу Сергея, но тут пока ничего не получается. Мы работаем, собираем информацию, увы, все зыбко. Жаль будет, если это окажется «висяк». И мои перспективы тогда весьма туманны, могут и не взять на оперативную работу.
– Не понял, тебе важнее найти преступника и выяснить, насколько твой друг виноват, или решить свои личные дела?
– Не цепляйся к словам, мне все важно, позови лучше Стаса, пусть еще раз расскажет о своем разговоре с Юсуфом. И ты не уходи, может, услышишь то, что наведет на какие-либо полезные мысли.
– Пойдем в дом, Стас сегодня собирается уезжать к себе, ему надо на работу устраиваться, но вы успеете поговорить. Кстати, Егор твой давно у нас. Они с отцом что-то в сарае делают.
Нину Васильевну привезли в Сергиев-Посад и сразу же отправили на обследование. Врач «Скорой помощи», посмотрев больную в дороге, пришла к выводу, у той постепенно отказывают ноги. Сразу отправили на МРТ, и аппарат показал, есть инсульт, судя по ее состоянию, ишемический, и это внушало надежду, что женщина оправится. Нину Васильевну положили в палату реанимации, и, сделав необходимые в ее состоянии назначения, врач позвонила дочери. Обычно врач ругала больных за наличие сотовых телефонов, всех поголовно ругала, считая сотовые телефоны источником дополнительного излучения, глухоты, когда пользователь постоянно находился в наушниках, и вообще, средством оболванивания народа, но тут она подумала и о том, как бы сообщила родным о состоянии старухи, не будь в памяти ее телефона номера дочери. Деревня ведь не телефонизирована, пришлось бы ждать, пока позвонит кто-либо из родственников. Сергей Михайлович, услышав о состоянии жены, совсем впал в уныние. Он сидел на стуле возле печи и, несмотря на достаточно теплую погоду, без конца подкидывал в топку поленья. Старику было холодно и на душе и в жизни. Ему казалось, жена покинула его навсегда, дочь тоже в любой момент может упорхнуть из дома вместе с внуками. Что ему тогда делать, как дальше жить? Он чувствовал себя виноватым в болезни жены, в молчаливом неодобрении дочери, да и вообще, ему пришло в голову, а был ли он прав, когда осуждал окружающих. Может, не все они виноваты так сильно, как ему представлялось?
Саша выслушал повторный рассказ Стаса, но ничего нового не вынес из этого. Потом они поболтали немного, и Стас стал собираться в дорогу. Федор предлагал подвезти его до города, но парень ни в какую не соглашался. Только потом парень понял, что Стас зашел сперва к их соседям, и оттуда, вместе с Инной, они направились к остановке.
– Интересно, а мать Ильи она хоть иногда навещает? – спросил он у подошедшего отца.
– Спросишь при встрече, а вот нам было бы неплохо к ней съездить, хоть и малознакомый человек, а все же не совсем чужой. И участие в ее судьбе мы принимали, так когда ты сможешь поехать?
– Да хоть завтра.
– Федь, имей в виду, у нас на следующей неделе начинаются занятия, надеюсь, ты готов приступить к новой работе?
– Хорошо, поедем завтра к матери Ильи, ты ее врачу давно звонил? А потом сразу в Москву.
– Неделю назад, она пока еще не пришла в себя, сын ей везде мерещится, а во сне вообще каждую ночь снится, она из-за этого просыпаться не хочет. Надо еще раз позвонить доктору, может, к ней визиты пока запрещены. Ты не ответил на мой вопрос, все у тебя готово к началу занятий?
– План есть, но ведь я вначале должен с группой познакомиться.
– Тебе решили дать молодняк, они еще вовсе не обученные, первый курс, так что будь внимательнее. Амбиций, как правило, полно, а вот знаний о предмете никаких. Тебе предстоит их научить азам, главное – научить мыслить нестандартно, знания они в процессе учебы приобретут, а вот если не научатся думать, не быть им архитекторами. В лучшем случае хорошими исполнителями чужих задумок. Впрочем, в нашей профессии и такие тоже нужны.
