Ну конечно! Автобус. Если сесть в автобус, то можно уехать далеко-далеко. Туда, где не достанут никакие монстры. И где есть полицейские с пистолетами. По этой улице ходит желтый автобус. Я его видел. Он проезжал мимо, когда мы сидели в кафе и ели блинчики с мороженым. Нужно только найти, где он останавливается.
Я иду дальше по улице, поглядывая через плечо. Ворона сначала прыгает за мной, но потом взлетает и садится на фонарь. А потом я вижу автобус. Он приближается быстро, очень быстро. За большим лобовым стеклом сидит толстый водитель в голубой рубашке с коротким рукавом и синей кепке. Я изо всех сил машу ему обеими руками. Но он проезжает мимо.
Я не выдерживаю. Бросаюсь бежать. Бегу изо всех сил и кричу:
— Стойте! Подождите меня!
И тогда монстры находят меня. Их ведет инстинкт. Они выскакивают из теней и мчатся за мной. Я слышу их топот. Шум их дыхания. Они все ближе и ближе. Один из них протягивает длинное скользкое красное щупальце и касается моего плеча.
— Ноа, — говорит монстр.
Дети в автобусе кричат: «А-а-а!»
— Ноа!
Я задергался, пытаясь отбиться, но держали меня крепко. Я вскрикнул и открыл глаза.
— Ну блин, Медведь, ты даешь! — Лицо Маши с обеспокоенно сдвинутыми бровями придвинулось ближе, прохладные пальцы коснулись моего лба, откинув влажные волосы. — Чего тебе такое снилось? Как начал стонать, да все громче и громче — чуть весь автобус не переполошил. Я тебя бужу, а ты мне вон чуть второй глаз не раскрасил — для симметрии.
Я выпрямился в кресле и жестко потер ладонями лицо, будто хотел содрать с него липкую паутину кошмара.
— Да так, ерунда какая-то. Про монстров. — Я попытался улыбнуться, хотя пульс со мной не соглашался. Для тела случившееся во сне было реальным, и реагировало оно так, будто я и правда удирал от чудовищ. Мокрая футболка противно липла к спине. Шарф тоже стал влажным, но я не решился его снять. Не хотел пугать Машу — ведь я не рассказал ей о том, что произошло в темной комнате. Вернее, рассказал не все.
— Неудивительно, — скривилась моя попутчица. — После общения с твоим дядюшкой еще не такое приснится — палкой не отмахаешься.
Я молча отвернулся к окну, пытаясь сориентироваться, где мы сейчас едем. Можно было у Маши спросить, долго ли осталось до Нюкёбинга, но мы с ней здорово поссорились перед посадкой в автобус, а мириться я был пока не готов. Все, конечно, из-за дяди Вигго.
Не отошли мы и десяти метров от его дома, как Марию бомбануло — выплеснула на меня все, что у нее накопилось.
— Дядюшка твой так называемый, прости меня, конечно, Медведь, — это же полное днище. — Она энергично размахивала руками, даже ушибленное плечо не мешало. — Да я среди реальных бомжаков на улице встречала людей получше, чем этот урод. Не, мало того, что он свинья, шовинист и женоненавистник, так еще и мутный какой-то. Я тебе это говорила и оказалась права. Я ведь ему специально подыгрывала, чтобы он показал себя во всей красе. А знал бы ты, что я у него в ноуте нарыла. И если папаша твой с ним одного поля ягода…
На этом месте Мария прервалась, чтобы сделать вдох, и я успел вставить:
— Стоп-стоп-стоп, не так быстро! Я за тобой не поспеваю. Что значит «так называемый» и «в ноуте нарыла»?
— Да он тебе хоть одно доказательство вашего родства предоставил? Фотоальбом типа так и не нашел. И уверена, никогда не найдет. Ничего конкретного о семье не рассказал. Не описал ни одного эпизода из твоего детства. Зато хитро вытянул все, что ты знаешь. Я тебя пыталась предостеречь, но ты же был как под гипнозом. — Маша выпучила глаза, скосила их к носу и изобразила походку зомби. — Преподнес ему все на блюдечке с голубой каемочкой. Я бы на твоем месте ни одному его слову не верила. А насчет ноута… Ну, я глянула туда, когда вы из комнаты вышли. Жаль, времени не хватило подольше покопаться, но даже так, навскидку, там куча запароленных папок, в истории браузера — «Чатурбейт» и «Скор» [39], последняя активность — в закрытых чатах в «Телеграме» и «Дискорде». Я только в одну папку в «Изображениях» успела слазить, где пароля не было, и там такая мерзость! — Она обхватила себя руками и отвернулась. Под тонкой кожей на шее часто и сильно билась голубоватая жилка. — Не знаю теперь, как это развидеть.
— Ты о чем вообще? — Последнюю фразу Мария могла бы с таким же успехом сказать на китайском — я все равно ни черта не понял. Может, она намекала, что дядя на досуге порнушку посматривает? Ну и что такого? У нас на первом курсе один пацан доклад читал о «Порнхабе» как виде искусства. — А как насчет права человека на личную жизнь? И разве у Вигго на компе не стоял пароль?