Как вообще можно было додуматься взрастить настолько двинутую машину смерти, по мощи сравнимую с Гиперионом, а то и Икарисом, сильнейшим Вечным? Даже он, работая с Мерзостью и Лидером, имел парочку запасных планов на всякий случай. Сверхточный ракетный залп с тепловым наведением на цель гарантировал бы кончину этих тварей.
Но не Патриота. Этот псих был силён как Супермен из комиксов!
Надо сказать, что у Тадеуша в жизни было множество периодов, подаривших ему бесценный опыт, вроде призыва в армию, женитьбы и рождения дочери. Всё это, несомненно, было очень важно для него. Он помнил то опьяняющее счастье, когда наконец поцеловал свою невесту в прекрасном белом платье, помнил слёзы радости, которые лил, держа в руках маленький плачущий комочек, в то же время рыдая из-за смерти любимой.
Тогда-то он и принял самое главное, по его мнению, решение. Посвятить жизнь своей стране. Дядя Сэм, конечно, не идеален (достаточно вспомнить Хиросиму и Нагасаки), но для того он и вступил в ряды армии — сделать её лучше. Изменить изнутри. Ну, и обеспечить семью заодно, ибо военное дело было единственным, в чем он прекрасно разбирался. А жениться заново… Нет уж, он был однолюбом по своей натуре. Так его воспитали родители, выросшие, как и он сам, в совершенно другом мире, в других условиях, когда количество мужчин и женщин было примерно равно.
Поэтому он согласился курировать тот злополучный проект с Беннер. Поэтому он охотился за ней, как сумасшедший, и даже пошёл на государственную измену, объединившись с Мерзостью и Лидером. Потому что угроза Родине вынудила его так поступить. Цель оправдывала средства.
Однако от тех зверств, что творили эти больные стариканы, даже его передёрнуло. С такими ресурсами они могли бы прекратить все войны в мире, побороть голод, болезни. Да, это заняло бы время, да, это было бы очень затратно, но действенно! Он видел лишь одну причину, почему «тени» этого не делали. Это невыгодно. Они наживаются на конфликтах, на смертях мирных граждан, мировых кризисах и других катастрофах и бедствиях — это огромные деньги. Нахера им столько? А поди их спроси. Все попрятались по своим норам.
Однако долой пустые размышления! Они ни к чему не приведут. Росс был человек действия. Он пообещал себе обязательно узнать всю подоплёку ситуации и наказать виновных последних ужасающих событий, отомстить за своих девочек, что лишились сил.
В полутьме грозно сверкнули два его жгуче-жёлтых глаза, не предвещающие ничего хорошего тем, на кого будет охотиться их обладатель.
***
После оглашения столь чудовищной информации Дум залегла на дно. Хотя это очень грубое выражение: на самом деле она просто вернулась в Латверию и погрузилась в государственную работу. Несколько тысяч беженцев с Дженоши требовали к себе особенного внимания. Их надо было накормить, обеспечить одеждой, работой, жильем. Если первые пункты казались вполне осуществимыми, так как промышленность маленькой страны могла снабдить несчастных мутантов всеми необходимыми вещами, то последнее… Придется беженцам подождать, пока бригады роботов возведут новые строения. А они это делают очень быстро. Целый квартал с достойным жильем и всеми коммуникациями за несколько дней.
Впрочем, её ждал «приятный» сюрприз. Кто бы мог подумать, что оставшиеся вампиры решат поговорить с ней. С владычицей Латверии, что убила самого Дракулу по версии мира. И никто иные, а самые влиятельные семьи Восточной Европы, объединившиеся с единственной дочерью покойного лорда вампиров — Яной Цепеш.
Виктория обладала широкой сетью шпионов в Европе. Ей было вполне известно, в каком печальном состоянии находилось общество вампиров. После того, как Амон и Кейн сразили бессмертного кровососа, дети Кхтона лишились власти. Как часто бывает, старые влиятельные семьи вспомнили давние обиды и начали выяснять, кто должен занять вакантное местечко. Яна теоретически могла взять бразды правления, но Дракула никогда не называл её своей законной преемницей. Насколько знала Дум, Владислав относился к ней как к малому, наивному дитю. Поэтому Виктория сильно удивилась тому, что семьи Восточной Европы решили поддержать девушку. Она оказалась не такой простофилей, какой казалась с первого взгляда.
Выслушав посланника, что предстал перед ней в образе летучей мыши, Виктория согласилась принять древних графов и графинь. Если раньше она предпочла бы позвать «Альбея» в качестве поддержки на переговорах, то сейчас она была уверена в собственных силах.
В назначенное время и час, когда солнце уже опустилось за горизонт, десять фигур появились в гостиной Дум. Теперь настала очередь обитателей ночи удивляться. Самое первое, что они заметили — Виктория была абсолютно одна. Она сидела на мягком диване из черной кожи и попивала из хрустального бокала ярко-алое вино. Рядом с ней, на тумбочке, стоял позолоченный граммофон, что сейчас проигрывал пластинку «Полет Валькирии».
