Но для членов Семей служба являлась не только честью, но и обязанностью. Если этот юноша обладает значительным уровнем дара — а это, несомненно, так — то изгнание из Академии для его родителей стало серьёзным ударом по престижу. Серьёзным настолько, что другие Семьи — скажем, те же Рио — вполне могут попытаться изменить баланс сил при троне Великого Магистра в свою пользу.
— В этот раз я продержался чуть дольше, — Ник сокрушённо вздохнул, хотя Руфус мог бы поклясться, что особого сожаления юноша не испытывает. Вернее, не слишком переживает о том ущербе, который подобным поведением мог нанести Семье. — Когда меня опять отчислили, отец едва с ума не сошёл от ярости. А когда сам Великий Магистр заявил, что в подобной ситуации сделать более ничего нельзя, отец чуть было не лишил меня имени…
Это было очень жёстко. Лишение имени — то есть, фактически, права считать себя членом Семьи — очень редко было пустой формальностью. Как правило, через несколько декад где-нибудь в канаве обнаруживался изуродованный труп, и глава Семьи с нарочитым формализмом в голосе заявлял, что «не знает этого человека». Сохранение лица — превыше всего. По сути, отец собирался вынести не оправдавшему его надежд сыну смертный приговор. Несомненно, мальчик испугался. Да и кто бы не испугался? Воевать можно с конкретным противником, но устоять против Семьи — для этого надо, как минимум, принадлежать к какой-нибудь другой Семье. Или иметь под рукой личную армию.
— К счастью, третий магистр Зантор предложил выход. Не знаю, право, почему он обратил на меня своё внимание, но предложение отца устроило. Если я прослужу три года под твоим… под вашим началом, Руфус, и заслужу при этом более или менее удовлетворительную характеристику, то мне позволят вернуться в Академию.
— Понимаю.
Экзорцист помолчал, стараясь поровнее уложить тот груз, которым его наградил старый приятель. Итак, имеется юноша, не лишённый способностей, но пока что толком не обученный их использовать. Юноша носит фамилию, которая защищает его от многих проблем куда лучше, чем отточенное искусство мага или фехтовальщика. Ещё у юноши имеется определенное наплевательское отношение к себе, семье, знаниям и порученному делу. Тут остаётся лишь надеяться, что какие-то выводы из прошедших событий он для себя сделал. Подразумевается, что парня надо вплотную познакомить с порождениями Зла и научить с ними худо-бедно справляться. И иметь в виду, что если с головы недоросля упадёт хоть один волосок — для Руфуса это может обернуться значительными неприятностями.
А куда деваться?
— Прежде всего, тебе потребуется жилье. Обратишься к Марле Кинни, она сдаёт комнаты. Если только ты не пожелаешь купить какой-нибудь дом, — не удержался Руфус от лёгкой издёвки.
— Не пожелаю, — вздохнул Ник. — Как сказал отец, я должен научиться ценить деньги. Не могу сказать, что эта идея мне нравится, но и выбора нет, так?
— В таком случае, напишу Марле записку, — кивнул экзорцист. — Она замечательно готовит, столоваться будешь у неё. Рекомендую пройтись по лавкам, подобрать одежду, гм, попроще и попрактичнее. Оружием я тебя как-нибудь обеспечу.
Юноша несколько картинно похлопал ладонью по эфесу вычурной шпаги.
— Этот клинок изготовлен из иллирийской стали и инкрустирован серебром. И, смею уверить, я недурно им владею.
Руфус поморщился.
— Недурно для дуэли — вполне допускаю. Быть может, шпага поможет тебе уцелеть при встрече с оборотнем, они не любят серебра. Но и оборотень не будет настолько глуп, чтобы стоять и ждать, пока ты проткнёшь его клинком. А тыкать шпагой в Рыцаря Смерти можно сколь угодно долго… впрочем, как ты можешь догадаться, долго не получится. Им такое название придумали не зря.
Юноша кивнул, но было видно, что мнения не изменил. Типичное отношение к порождениям Зла со стороны тех, кто считает себя мастером фехтования, вне зависимости от того, оправдана такая оценка или нет. Сколько их было — гордых воинов, готовых встретить врага закованной в сталь грудью и верящих в бесконечное превосходство родового клинка над любой угрозой. Кости этих героев давно истлели…
— И, если не затруднит, оставь в покое мою помощницу.
— Я думал, что задачей экзорцистов является искоренение Зла во всех его проявлениях, — вспыхнул юноша.
— Именно так. А что, в твоем понимании, есть порождение Зла?
— Это же общеизвестно, — несколько пренебрежительно пожал плечами Ник. — Порождения Зла есть существа, созданные по воле или по попустительству враждебных человеку сил, явившиеся в мир, дабы сеять смерть. Каждое порождение Зла, будучи выявленным, подлежит незамедлительному уничтожению всеми силами…
