Я еще немного подержал его, вглядываясь в его глаза, ища ответы, ложь, правду… Но там не было ничего, кроме сказанных слов, и вся искренность, которая только могла в нем быть, сейчас сосредоточилась в синем огне его глаз. Снежные хлопья падали на его кудрявые волосы. Я снял заклятие и освободил Викса, потом спрятал побелевшие руки под плащ.
– Если ты передумал, друг Сейонн, лучше скажи сразу. Какое там передумал, я сделал единственно возможный выбор. Те, кого я любил, зависели от меня. Но какова бы ни была правда о происхождении эззарийцев, я не чувствовал себя цельным, я чувствовал себя опустошенным.
Я хотел, чтобы он замолчал.
– Оставь меня в покое. Мне пора к Воротам. Возможно, уже слишком поздно. – Но как бы я ни старался думать только о том, что должен сделать, мой сын и Блез не выходили у меня из головы. Больше у меня нет тайн. И не будет.
Я полетел к башне Фионы, и даже радость полета не улучшила моего настроения.
– Айф! – позвал я.
– А я не думал, что придется проходить через Ворота, неся в себе демона. – Скорбь каждого из нас выталкивала горе другого, они боролись, как гиганты, как День и Ночь, их силы были равны, небеса дрожали от шума сражения. Если Ночь брала верх, то наступала зима, если День оказывался сильнее, приходила весна, но если кто-нибудь из них победит окончательно… Если кто-то из них победит, небо упадет на землю.
Я задохнулся от прикосновения теплого воздуха к моей коже и с трудом преодолел острое желание скинуть одежду, чтобы ощутить его прикосновение ко всему телу. Я сказал себе, что обожгу кожу, даже бронзовую кожу эззарийца, если окажусь под солнцем после долгих месяцев холода и тьмы. Сейчас я был белесым, как брюхо гусеницы. А глаза… как я мог оторвать взгляд от высоко поднявшегося солнца? Еще немного, и я ослепну. Но если суждено ослепнуть, то лучше всего сделать это, глядя на солнце после тысячи лет мрака.
Вокруг меня бурлила жизнь. Из травы вспархивали маленькие птички. Жаворонок пустынь заливался в голубом небе. Кролик замер, поводя усами, он ждал, что я стану делать дальше, чтобы самому отважиться на что-то. Красные пески простирались до горизонта, между ними вставали холмы южного Манганара. Я узнал их. Однажды я восемь дней бегал по ним вверх-вниз, ожидая Александра.
Я повернулся. В отдалении, сверкая под утренним солнцем, возвышался ряд колонн, уходящий на север, в сердце пустынь Азахстана, и на юг – к горам на границе Эззарии. Ворота, ждущие нас. На каждой колонне были написаны указания: что необходимо произнести, что необходимо начертить, какие ритуалы требуются, чтобы отпереть замки на каждой паре колонн. Последний проход между мирами, закрытый и запертый, но не уничтоженный, словно кто-то в те далекие времена подозревал, что когда-нибудь он сможет пригодиться снова. Произошло ли это случайно или намеренно? Или Ворота так сложно отпереть, что не было смысла трудиться и ломать их? Я понятия не имел, сколько времени уйдет на их отпирание, если считать, что все инструкции сохранились после сотен лет ветра с песком и дождей.
Хотя все мои мысли вертелись вокруг загадки, я не отрывал глаз от молодой женщины в белом платье, стоящей на коленях на пятачке травы, и лежащего за ней круглолицего старика.
На них обоих падала тень высоких трав. Рядом с ними горел небольшой костер, когда дым от него долетел до моих ноздрей, я почувствовал такой страх, что меня затошнило. Мне хотелось бежать… мчаться прочь… оказаться как можно дальше от того кошмара, который произойдет потом… женщина в белом и ее огонь вызывали во мне отвращение. Яснир. Я узнал запах и понял, что мои ощущения обусловлены тысячей лет памяти. Мне стало не по себе – только рей-киррахи боятся яснира.
Фиона вздохнула и потерла руки, потом подняла голову. Я быстро натянул капюшон. Тошнота проходила. Я не позволю ей увидеть. Не сейчас.
– Смотритель! – Она вскочила на ноги, ее личико вспыхнуло румянцем, потом помрачнело, когда я отшатнулся от нее. – Что с тобой?
– Все хорошо. А остальные? Где…
– Под холмом у источника. Я не хотела, чтобы они были здесь.
– А Меррит?
– Я не видела его с тех пор, как мы приехали. Он сразу ушел. Сказал, что ему необходимо передать предупреждение как можно быстрее. – Она склонила голову набок и подошла ближе. – Что не так?
Я постарался не отшатнуться от нее, как в первый раз.
