Мечеслав несколько мгновений изучал ауру и мельтешение мыслей врага. Не почувствовав угрозы, шагнул вперед и снял барьеры, защищавшие сознание от чуждого вмешательства. Встретился взглядом с голубыми бездонными глазами титана. Мир поплыл, и человека швырнуло в водоворот чужих воспоминаний.
Посыльный примчался на рассвете, едва порозовело небо. Кецаль [1], услыхав тихий шелест крыльев, мгновенно выпал из сна. Тихонько, стараясь не разбудить любимую жену Атль [2], сполз с постели, обернул вокруг бедер белую ткань кильтэ и застегнул золотой булавкой. Сдернул со стены пояс с мечом и вышел во внешний двор. Там, сидя на каменной скамейке под оливковым деревом, его ждал один из телохранителей Коатля [3], старый друг, с которым Кецаль не один год сражался крыло к крылу, подчиняя непокорные племена Атлантиды.
- Чего приперся в такую рань? - недовольно проворчал Кецаль, пожимая крепкую ладонь Экатля [4].
- Меня прислал Коатль. Жрецы, помня, как сильно ты их любишь, сами не решились к тебе прилететь и попросили императора посодействовать.
- Трусливые твари, - прорычал Кецаль и брезгливо передернул белыми крыльями. - Что нужно брату и раскрашенным пожирателям мертвецов?
- Император приказал привести четыре легиона крыльев к подножию пирамиды Луны. Через час.
- Зачем?
- Я не знаю, - грустно развел руками Экатль. - Но ходят слухи, что жрецы все-таки расшифровали древние надписи, высеченные на стенах пирамид еще во времена темных веков, до свержения культа Ктулху и обращения наших предков к Свету. Будь осторожен, друг. Меня и мою гвардию с сегодняшнего дня отстраняют от охраны императора, а наше место занимают священные воины-смертники, любезно предоставленные императору верховным жрецом. У меня такое чувство, что Коатль свихнулся...
- Спасибо за предостережение, Экатль. Разберемся.
Через час хмурый Кецаль шел по черным, до блеска отшлифованным гранитным плитам, задумчиво косясь на медленно проплывающие по сторонам широкой центральной улицы малые пирамиды и высокие стройные тополя. Конечно, можно было расправить крылья, взметнуться в небо и, поймав восходящий поток теплого воздуха, за считанные секунды долететь до пирамиды Луны, но он не спешил. Ему нужно было подумать. Жрецы что-то замышляют. Не зря же его в такую рань срочно вызвали к императору. Причем не во дворец, а в самое логово мерзопакостных жрецов. И зачем ему приказали привести несколько своих легионов? Как ему надоели все эти интриги! Как все предельно ясно во время битвы - вот ты, а вот твой враг, которого нужно уничтожить! Но завоевание острова закончилось год назад и волей-неволей приходилось терпеть ужимки и перешептывания жрецов, с одобрения императора возродивших древний культ. С каким бы удовольствием Кецаль снес головы этим раскрашенным охрой уродам! И старший братец, Коатль, император атлантов, туда же! Принимает участие во всех кровавых обрядах и оргиях наравне с алокрылыми, и жрет человеческое мясо. Хвала Свету, что их родители не дожили до этого позора...
Кецаль отвлекся от размышлений, поравнявшись с выстроившимися перед пирамидой Луны четырьмя легионами своих бойцов. Его гордость, тренированные безжалостные убийцы, прошедшие с ним через горнило множества войн! Четыре тысячи белокрылых преданных соратников.
Кецаль молча принял рапорты командиров и тихо приказал: - Ждите.
Воины, с тревогой косясь на усеченную вершину пирамиды Луны, увенчанную колоннадами храма, покорно склонили златовласые головы. Кецаль, которому было лень топать четыреста метров по гранитным ступеням, расправил белоснежные крылья и рывком взмыл в бездонную синеву неба. Сделал круг над гигантским сооружением, окруженным шестью пирамидами чуть поменьше. Расправив крылья, завис в упругих потоках теплого воздуха, наслаждаясь свободой полета и, словно впервые, жадно разглядывая строгую архитектуру древнего города, изученного до самых потаенных закутков еще в детстве. В те беззаботные времена, когда крылья еще не полностью сформировались и не слушались. А мать как переживала, когда он убегал от придворных нянек! Спасибо отцу, который, судя по рассказам поседевших телохранителей, был еще тот непоседа. Никогда не сдавал матери, а бывало и сам показывал сыну заброшенные пирамиды, скрытые в джунглях, рассказывал древние легенды. А как знал тактику и стратегию, и работал с мечом! Именно его толковым, жестким урокам Кецаль был обязан своему успеху в битвах и, казавшейся воинам божественной, неуязвимости.
Кецаль полюбовался на радугу, переливающуюся в брызгах колоссальных фонтанов, золотистые обелиски, сложную геометрию садов и сотни малых пирамид, в которых белокрылые атланты жили еще с начала времен. Вспомнив, для чего он здесь, нехотя изменил траекторию и, сложив крылья, камнем понесся к усеченной вершине пятиярусной пирамиды.
Кецаль расправил крылья за мгновение до столкновения с каменными плитами и, резко замедлив падение, мягко приземлился, переполошив жрецов и удостоившись полных ненависти взглядов.
- Привет тебе, Коатль. Зачем звал?
