Забот и в самом деле хватало. Нужно было подсчитать потери, перегруппироваться, оказать помощь раненым, распределить боеприпасы и провизию, а главное - решить, что делать дальше. Последнее, правда, относилось в первую очередь к старшим офицерам, коих насчиталось аж двое: капитан Перов и капитан Браун из третьей роты. Командир первой роты, командир батальона и командиры некоторых взводов погибли, а значит встал вопрос, как распределить оставшихся без офицеров солдат.
Потери оказались тяжёлыми. Их батальон уменьшился практически вдвое и насчитывал теперь сто девяносто восемь человек, включая шестнадцать тяжелораненых. Связи с другими тремя батальонами их полка не было, как и связи с любыми другими частями. Отправили разведчиков. Новости, принесённые ими, не радовали. На позициях имперцев теперь хозяйничали сепаратисты. Южное, восточное и западное направления были перекрыты. Северное - то, где высадился десант - удручало. Сил мятежников там не наблюдалось, но точка высадки представляла собой выжженную землю, покрытую воронками от взрывов, усеянную обломками техники и остовами транспортников, вперемежку с телами мёртвых солдат. Видео, снятое разведчиками шокировало и наводило на самые мрачные мысли. Всё указывало на полнейший разгром регулярной армии империи.
Несмотря на плохие новости, Перов и Браун даже не думали поддаваться панике. Быстро оценив ситуацию, они разработали план действий. Сначала определились с тем, кто возьмёт на себя руководство остатками батальона. Здесь по большому счёту произошли безальтернативные выборы. Перов занял это место согласно устава, так как являлся командиром второй роты, а значит, находился в иерархии выше командира третьей. К тому же Перов был намного опытнее Брауна.
Затем солдат обескровленной первой роты поделили между второй и третьей. Оба получившихся подразделения усилили десять "Носорогов" и пятёрка "латников", которыми командовал капитан танкистов Пайпс. Главенство Перова он не оспаривал, однако это не значило, что к его мнению и к мнению Брауна ротный Дениса не прислушивался.
На разведку и организационные мероприятия ушло часа три. За это время люди смогли немного отдохнуть и привести себя в порядок. Как ни странно мятежники будто бы забыли про них. Денис подозревал, что не забыли, просто сепаратистам пока нет дела до такой жалкой кучки уцелевших солдат. Плохое предчувствие закралось в душу Дениса. Ну не верил он, что те, кто с лёгкостью лишили связи имперскую армию и задали ей трёпку, не предусмотрели действий прорвавшихся из котла солдат. А то, что армия Джозефа Седьмого угодила именно в котёл, стало очевидным, даже несмотря на нехватку информации.
Когда вернулись разведчики, Перов отдал приказ покинуть Сандерс. Двигаться решили на резервную точку сбора, предусмотренную запасным планом высадки. Она находилась в тридцати километрах к северо-востоку от основной. Таким образом, им предстояло преодолеть около шестидесяти километров враждебной территории. Надеялись на приближающиеся сумерки и незамкнувшееся кольцо окружения. Перов был уверен, что у основной точки высадки имперским войскам удалось отбросить мятежников, а значит окружение неполное, и кто-нибудь ещё кроме их уполовиненного батальона сможет добраться до условленного места.
Так они и пробирались, высылая на пару километров в разные стороны разведчиков. Связь кое-как работала на расстоянии вдвое меньшем, но и это было лучше, чем остаться совсем без таковой. Продвигались довольно быстро, принимая все возможные меры предосторожности. Вокруг царило запустение. То и дело попадались следы боёв. Однако противник встретился им только раз.
Случилось это на третьем часу пути, когда они преодолели примерно половину расстояния. Разведчики заметили мятежников у моста через неширокую речушку и подали сигнал тревоги. Перов отдал приказ вступать в бой только в случае, если дриадцы двинутся в их сторону и столкновение станет неизбежным. Обошлось. Отряд мятежников численностью двадцать человек отправился куда-то на запад. После этого случая продвижение колонны замедлилось. Перов приказал удвоить количество разведчиков. Конечно, он прекрасно понимал, что с помощью магии дриадцы могут подобраться к ним практически вплотную, но людей надо было чем-то занять, отодвинуть подальше их мрачные мысли.
После той встречи с повстанцами состоялся, наконец, разговор капитана с Денисом. Говорили через унианы на приватном канале. Вопреки ожиданиям Медведева Перов не учинил ему разнос, а сначала внимательно выслушал. Денис не таясь рассказал про свою особенность. Ротный не перебивал, а затем без каких-либо объяснений включил Медведева в состав головного дозора, сказав только: "Пригляди, там за водой". И лейтенант стал приглядывать. Опасности, исходящей от встречающихся на пути источников воды он так и не обнаружил, зато заметил одну странность. Его особенность на Дриаде обострилась. Нигде до этого Денис не чувствовал воду так хорошо, как здесь, нигде у него не получалось ощутить её в радиусе километра.
