- Доброе утро, молодой человек, - поприветствовала она в своей манере, суховато и с ноткой строгости. Даже не оторвалась от окуляра, попутно что-то записывая на листке белой бумаги. После несколькодневного отсутствия Итачи неожиданно будто озарило. Перед ним не великий учёный, изменивший всю экосистему планеты, а всего лишь сухонькая слабая старушка, годы которой практически сочтены. Снова в груди что-то шевельнулось. Терять людей, ставших близкими, всегда тяжело. Когда же Китти вошла в этот список?
- Здравствуйте, Китти, - отозвался он. Обратился по имени, как к упомянутому близкому человеку. Да и формальности у них стали чисто условными, только для проформы.
- Вам не передали моё сообщение? - наконец она оторвалась от микроскопа. - Я ждала вас вчера.
- Передали, но денёк выдался напряжённым.
- Уже втянулись в повседневные заботы? - она не поднялась со стула, но и работать прекратила, - подождали бы до окончательного выздоровления. Всё же это не обычная простуда.
- Всё позади, - заверил Итачи, пододвинул стул и сел рядом, с той же стороны стола. Листок с записями оказался в поле видимости, но Итачи на него не смотрел. - Вы совершили настоящее чудо. Сражаться с недостатками в период восстановления – это моя забота. И, будьте уверены, не перенапрягаюсь. Вы позвали меня для обследования?
- Не совсем. Думаю, окончательное обследование проводить рано. Вы выполняете все мои предписания? - жёсткость в тоне.
- Конечно, - заверил он.
- В таком случае, сегодня возьмём только кровь для анализа. Прогоню через секвенатор.
- Я готов.
- Но позвала я вас не для этого, - напомнила старуха, наконец встала и прошествовала к запирающемуся на кодовый замок шкафу. Итачи внимательно наблюдал за её размеренными движениями, каждую секунду. И сердце в предчувствии начинало разгоняться. Предвкушение очередной победы отразилось, видимо, на его лице, потому что по возвращении к столу Китти прокомментировала:
- Уже догадались? Да, внимательно изучив ваш генофонд, особого труда не составило создать и ограничитель, - она протянула маленькую плоскую коробочку, положила на стол прямо под носом собеседника. Он не отрывал взгляда, всё ещё не мог поверить в лёгкость, с которой заполучил настолько желаемый приз. Протянул руку, нажал нехитрый механизм, без труда поднял крышку. Внутри, на мягкой выемчатой поверхности, красовались два маленьких шприца с прозрачной жидкостью. Невольно всплыла в сознании инструкция: «срок службы – две с половиной тысячи лет». Однако он не улыбнулся, ничем не выказал отрешённости или неожиданно посетившей неловкости.
- Это… для моих детей? - задал он очевидный вопрос.
- Разумеется, - буднично, ломая всё великолепие момента. Итачи снова поднял глаза на собеседницу:
- Наверно, это стоило вам кучу времени и средств.
Китти проигнорировала пустую фразу:
- Вы заинтересовали меня с того момента, как я увидела код вашей ДНК. И если бы сами не захотели остаться, я бы вынуждена была прибегнуть к настоятельным просьбам. Создание препарата не отняло много внимания, если вы только за это переживаете. Он создан на основе вашего кода. К сожалению, я не могу сопоставить его к кодом матери детей. Это исключило бы все ошибки.
- У неё нет скрытого гена, - уверенно объявил Итачи.
- Надеюсь. Если ошибиться, средство может не сработать. Но навредить оно не способно. При любой ошибке оно просто растворится и выведется из организма. Возможны при этом побочные эффекты. Слабые, в виде рвоты или диареи. Применение простое, внутривенно, но… - она подчеркнула, - использовать его можно не раньше двухгодовалого возраста.
Итачи молча прикинул. Талитану можно ввести сразу, а с Италой придётся повременить. На всякий случай, выждать два с половиной года. Ничего, терпения хватит. Вон сколько хранил у себя конверт с посланием – и ни разу не боролся с искушением вскрыть его раньше срока. Когда разбирало жгучее любопытство, он просто находил дело для рук и головы одновременно.
- Как оно действует? - уточнил Итачи, бережно закрывая коробочку.
- Перепрограммирует код, - просто заявила Китти, - в нём нет никакой электроники, если вы подумали. Препарат охватывает лишнее основание и отрезает его от сообщения с организмом, что, в принципе, я сделала и с вами. Но в вашем случае угроза остаётся, как я и говорила. Потому что ген уже однажды был активным.
- Нейтрализует? Делает врага пассивным? - на всякий случай уточнил Итачи, хотя отлично понял и с первого раза. Не мог воспринимать ген мангеке иначе, чем врага.
- По сути, - подтвердила Китти.
- А наследственный иммунитет? - с надеждой поинтересовался Итачи. Вот бы исключить активность основания вообще, где в будущих поколениях оно и исчезнет совсем за ненадобностью. Помнил прошлый разговор и невозможность это осуществить, но всё ещё надеялся.
- Сожалею, но нет, - покачала она головой.
Что ж, Итачи и так получил больше, чем рассчитывал вначале.
- Зато скоро я порадую вас парой контактных линз, - бальзам на душу. Учёная знала, как подбодрить человека.
- Я в неоплатном долгу перед вами. Если что-то смогу сделать, только скажите.
