- Он просто… таким родился. Если бы не случайность, он осчастливил бы кого-нибудь другого. Но я… счастлив… Действительно счастлив, Ф’лар.
- Ты ведь понимаешь, почему мы задержались в Айгене.
- Понимаю.
- Г’нариш – молодой предводитель из древних. Более гибкий в некоторых вопросах. Думаю, он не станет протестовать против нашего отдыха на побережье подзащитного Айген-Вейру холда.
- Точно с таким же успехом не стал бы протестовать ни один разумный предводитель. Ни Телгар, ни Иста, ни Форт… - заметил Итачи, - мы же ничего не делаем. Не влияем на лордов, не распоряжаемся в мастерских на их территории. Никто не может обвинить нас в предосудительных действиях.
- Т’кул может. После концерта, что ты устроил полчаса назад.
- Не думаю, что его всадники побегут жаловаться, - отрицательно качнул головой Итачи, - но врага, похоже, я себе нажил.
- Не дело – воевать со всадниками, - нахмурился предводитель, припоминая подробности. Искал подходящий тон для откровенности. Оба это знали. И не желали делать первый шаг.
- Всадники могут враждовать между собой, но они никогда не должны убивать. Так, Ф’лар?
- Почти месяц минул с момента Запечатления, Т’чи. Тебе посчастливилось не застать умирающего дракона.
- О нём скорбит весь Вейр? - Итачи напрягся. Никогда не интересовался подробностями гибели крылатых.
- Все Вейры, - ошарашил лидер, - каждый дракон, даже новорожденный, чувствует ужасную потерю, когда уходит один из них. Ты сам услышишь.
Услышишь… Значит, они оплакивали уходящих собратьев.
- Только ради драконов я не подниму руки ни на одного всадника, - заверил Итачи.
Ф’лар выдохнул задержавшийся в лёгких воздух. Он не ошибся в расчётах. У парня большое будущее.
- Ты знаешь… Всё, что скажется здесь и сейчас, останется между нами.
- Да, - подтвердил Итачи.
- Лесса беспокоится из-за неопределённости. Мастер Робинтон внимательно следит за твоим ростом, Ф’нор пытается достучаться до тебя. Ты обладаешь индивидуальными способностями. И никто не может их вычислить.
- Мои способности, - горькая усмешка, - они приносят только боль. Путь воина – путь крови.
- Холдеры достаточно чётко представляют себе, что может натворить обладающий незаурядным умом завоеватель. Но никто не знает, как далеко может зайти всадник.
- Ты боишься вырастить второго Фэкса, - без стеснения и возмущения высказал Итачи.
- Я не говорил о нём.
- Но периодически сравнивал. Не только ты. У меня хватило ума поднять архивные записи. Вы сами дали ключ, чтобы я знал, где и что искать.
Ф’лар настороженно изучал невозмутимое лицо юноши. Итачи опустил веки, наслаждаясь налетевшим бризом. Со стороны залива слышались громкие звуки от плескания Мнемент’а. Благодать. И никакого камня над головой. Всё просто и доступно. Периниты – мирный народ. Их мир на протяжении тысячелетий избегал кровавой резни.
- Т’чи, - поторопил предводитель, - я не думаю, что ты сродни Фэксу. Да, размышлял, сравнивал. Знаешь, что я понял?
- Мне не нужна власть, - повернул голову Итачи, пряча остатки эмоций.
- Именно к таким выводам я и пришёл. Ты умнее и дальновиднее. Ты не стремишься к уничтожению. Хоть ты и молод, но ты устал.
- Ты наблюдателен.
- Это всё, что ты хочешь сказать?
- А что ты хочешь услышать? Задавай вопросы, предводитель.
Итачи подчёркивал титул, что Ф’лару вовсе не понравилось. Он делал это при посторонних, будто указывая на их ошибки, но не наедине, когда сформировались вполне дружеские отношения. На истинном доверии.
- Ты никому не рассказываешь о своей семье.
- Они погибли.
- Это мы слышали. Арджит’ не отвечает Рамот’е, не слушает Мнемент’а. Что такого ужасного произошло в твоём прошлом? Отчего ты не можешь сломать преграду?
Итачи снова примолк. Решится ли хоть однажды поведать правду? Ф’лар не отвернётся и не посмотрит с презрением. Наверно, просто не хотелось вспоминать своё преступление. Не отмыться от крови на руках. Никогда.
- Ты видел кровь своего отца, Ф’лар? - издалека начал он.
- Он погиб в стычке. И за ним ушёл его дракон.
- Ужасные картины. Стены в крови, полы, мебель. Мать, лежащая возле отца. Их пустые мёртвые взгляды, рты, открытые в последнем вздохе. Любимый кузен с клинком в сердце… Двоюродные и троюродные братья и сёстры. Все… За один вечер. Быстро, беспощадно.
Снова молчание. Ф’лар решил, что Итачи разговаривает с Арджит’ом, но всадник и дракон хранили безмолвие. Незачем разбрасываться словами, когда гораздо легче разделить эмоции. Слова часто бывают пустыми. Чувства не лгут.
- Т’чи, - осторожно.
- Прости, задумался. Запечатлив Арджит’а, я получил второй шанс.
- Уходишь от темы.
- Мне неприятно вспоминать.
- Ты говорил, выжил брат? - ухватился предводитель, всё дальше уклоняясь от темы таинственной силы шиноби.
- Брат, который ненавидит меня.
- Почему?
- Он считает меня виновным. Мы, оставшиеся, должны держаться вместе, облегчая общее горе. Но желания не всегда совпадают с необходимостью. Я ушёл. Развернулся и ушёл. Совсем. На прощанье посмотрел на брата. И он запомнил меня таким, безмолвным, бездушным. Теперь он вырастет и станет сильнее, чтобы отомстить… мне…
