- Лесса недовольна тем, что вы отрываете людей от работы, - вмешался Ф’лар. Его настрой оставался совсем безоблачным. При случае даже поддержит искателей приключений.
- Можно было согласовать вашу грандиозную задумку с нами, - добавила Лесса.
- И вы бы безоговорочно поддержали её? - вперёд ступил Ф’нор. Уж он-то не боялся ни госпожи, ни брата во всех их проявлениях.
- Тоже примкнул к заговорщикам? - улыбка всадницы золотой Рамот’ы потеплела, - понятно, чем занимаются мальчишки в свободное время. Наверно, его у вас слишком много. Придётся потолковать с наставниками, чтобы они нашли для вас дело.
Золотая подтверждающе заворчала, гордо вскинув голову. Интересно, полностью ли разделяет мнение госпожи? Вероятно. Связь главной пары Вейра настолько крепка, что они вдвоём без раздумий ринулись во тьму Промежутка на четыреста оборотов назад.
Арджит’, тихонечко, бочком, придвинулся к всаднику.
«Т’чи не виноват, это я настоял», - услышал виноватое объяснение бронзового Итачи.
- Вот как? - Лесса вскинула брови.
Молодой дракон опустил полную раскаяния морду вниз в почтении. Подкупающий жест, наивный до абсурда. Но драконы ведь не умеют врать. Когда они выражают чувства, они делают это всегда искренне.
- Хорошо, убедил, проказник, - госпожа не могла злиться, поборола искушение погладить малыша по лоснящейся шее. Пора было возвращаться к своим обязанностям, - полагаю, больше ничто не мешает сосредоточиться на более важном? Варить бальзам – дело вонючее, но необходимое.
Зрители, горячо обсуждая погоню, начали расходиться. Зато получили огромное удовольствие и тему для дальнейших обсуждений.
Мнемент’ поднялся высоко над кратером. Ф’лар, сидящий спереди, поинтересовался:
- Отчего такой хмурый, Т’чи?
- Арджит’ скучает. Я должен был остаться с ним, разделить триумф. Я же омрачаю его торжество. Неважный из меня всадник, Ф’лар. Периодически бросать дракона…
Предводитель не спешил погружаться во мрак Промежутка. Нашёл время и терпение объяснить:
- Я не считаю тебя плохим всадником, Т’чи. Ты добился от своего дракона намного больше, чем некоторые за всю жизнь. Он тебя слушает, не перечит, не пытается самостоятельно осваивать новые трюки.
- Это верно. Хотел даже попробовать огненный камень. Но разве я не обещал призвать его к порядку?
- Справился блестяще, - кивнул предводитель, - Арджит’ ведь не уходит в Промежуток без твоего позволения?
- Нет, - скупо и тихо ответил Итачи.
- Я знаю о тех случаях, когда ему лень лететь на площадку кормления, - сознался Ф’лар, - и Лесса знает. Ты, похоже, не против.
- Он сокращает путь, только когда просыпается жутко голодным. Не вижу ничего страшного, если он прекрасно видит, куда перемещается.
- Значит, упрекать стоит тебя, а не его, - понял Ф’лар. И неясно, собирается ли он распекать молодого всадника за это. Тогда к чему все эти вопросы? Однако, предводитель закончил мысль иначе. - Ты даёшь ему ориентиры или он берёт их из памяти?
- Конечно же, я! - будто проснулся Итачи, - он ведь может не подумать о конечном пункте, прежде чем исчезнет, повинуясь зову голода.
- Я так и думал, - снова кивнул Ф’лар, - а сейчас представляешь, куда мы летим? Холд Тиллек.
- Прибрежная бухта, выделяющаяся на фоне остальных береговых линий, - отбарабанил Итачи, - ты заставил меня побывать практически во всех крупных холдах. И ориентиры я смогу представить, даже если кто-нибудь меня разбудит посреди ночи.
- Значит, из меня вышел неплохой учитель.
Итачи заметил скрытый смысл, но сперва не поверил в него. Промолчать? Позволить спутнику самому озвучить дерзкую задумку? Никто раньше не делал такого. Хотя откуда Итачи знать? За полоборота нельзя превратиться в коренного перинита. Его зачастую интересовали не мелочи, а общие подробности из истории.
- Ф’лар, - наконец не выдержал он.
- По-моему, если Рамот’а не будет возражать…
- Не может быть! Чем мы с Арджит’ом заслужили такую щедрость?
Вопреки желанию скрыть эмоции, волнение выплеснулось наружу. Видимо, реакция пассажира удовлетворила старшего всадника. Он похлопал по могучей бронзовой шее и обратился к дракону:
- Мнемент’, выясни настроение Лессы.
Одобрительный рокот зверя чуть успокоил Итачи. Возможно сегодня они сделают новый шаг вперёд.
- Она недовольна, - обернулся Ф’лар, но глаза его сияли.
«Т’чи, Рамот’а сказала, я могу полететь с вами», - нетерпение и восторг в голосе Арджит’а передались его всаднику.
- Покажи ему ориентиры, Т’чи, - предводитель догадался о кратком миге переговоров, - а потом пусть Арджит’ сверит их с ориентирами Мнемент’а. Мы должны быть уверены.
Итачи только кивнул, не зная, как себя повести. Рассыпаться в благодарностях? Но он никогда прежде не изливал душу так открыто. Всегда оставался невидимый тормоз, срабатывающий автоматически и не дающий разогнаться.
Снизу вынырнул Арджит’. Глаза его светились нетерпением и ликованием. Он приветственно протрубил Мнемент’у и сделал круг.
«Скорее, Т’чи!» - взывал он.
«Не торопись, Арджит’. Слушай внимательно и запоминай»
«Я слушаю. Тебя я готов слушать бесконечно».
