Сидя рядом с ним в молчании, Лейла думала об их союзе и дружбе, которая выросла из ее неуместного обожания. Если с ним что-то случится, она будет скорбеть по нему как по кровному брату, и нет ничего, что она бы не сделала для него… более того, ей смутно казалось, что Куин чувствовал то же самое.
Воистину, он столько для нее сделал. Научил ее водить и драться, стрелять из пистолета и обращаться с разнообразным компьютерным оборудованием. Познакомил ее с фильмами и музыкой, покупал для нее одежду, отличную от традиционной белой мантии Избранных, тратил время, отвечая на ее вопросы об этой стороне, и заставлял смеяться, когда она нуждалась в этом.
Она научилась у него стольким вещам. Она перед ним в огромном долгу.
Поэтому это казалось… неблагодарным… чувствовать неудовлетворенность собой. Но недавно она познала странную иронию: чем больше она открывалась, тем более пустой казалась ей жизнь. И хотя он пытался увлечь ее в ином направлении, она все равно смотрела на свое служение Братству как на самый важный способ провести время…
Куин выругался от дискомфорта, попытавшись сменить позу, и Лейла протянула руку, успокаивая его, поглаживая по спутанным волосам. Он видел только одним глазом и обратил его к ней, свет, струившийся из голубой радужки, был тусклым, но благодарным.
Губы изогнулись в улыбке, и Лейла прикоснулась к разбитой щеке кончиками пальцев. Странно, эта платоническая близость между ними… словно остров, святилище, и она ценила ее больше той страсти, что была между ними.
Жизненно важная связь позволяла ей осознать, как сильно страдал он, наблюдая за отношениями его любимого, Блэя, и Сэкстона.
Боль следовала за Куином неотступно, укрывая его словно кожа, сковывая его в той же манере, определяя его очертания и прямые линии.
От этого она временами гневалась на Блэя, хотя и не была вправе судить: одно она знала наверняка – чувства других известны лишь им одним… а в глубине души Блэй был достойным мужчиной…
Дверь за ней распахнулась, и мужчина из ее мыслей появился, будто она призвала его.
Блэйлок не был невредимым, но его потери были не столь существенны, как раны мужчины на этой кровати... По крайней мере, снаружи. Внутри – дело другое: полностью вооруженный, он казался намного старше своих лет. Особенно когда смотрел на своего напарника.
Он застыл на самом входе в комнату.
– Я хотел узнать, как вы… он… себя чувствует.
Лейла снова посмотрела на Куина. Его целый глаз не отрывался от рыжеволосого мужчины, внимание, направленное на другого, больше не ранило ее… ну, в том плане, что она не хотела того же для себя. Она бы хотела, чтобы Куин был с этим воином. На самом деле хотела.
– Входи, – сказала она. – Прошу… мы закончили.
Блэй приближался медленно, а его руки бродили по всему телу – от кобуры к ремню, затем – к кожаной полоске на внешней стороне бедра.
Но он сохранял самообладание. По крайней мере, пока не заговорил. Тогда его голос задрожал.
– Бестолковый ты сукин сын.
Брови Лейлы многозначительно опустились, хотя Куин едва ли нуждался в ее защите.
–
– По словам Джона, он вышел из дома навстречу Шайке Ублюдков. Один.
– Шайке Ублюдков?
– Тем, кто пытался убить Рофа этой ночью. Этот бестолковый сукин сын решился выйти к ним, в одиночку, возомнив себя супергероем… чудо, что его не прикончили.
Лейла мгновенно перенаправила злой взгляд на кровать. Очевидно, у Общества Лессенинг появился новый отряд, и при мысли, что он подверг себя опасности таким образом, ей захотелось закричать на Куина.
– Ты… бестолковый сукин сын.
Куин слегка закашлялся. Потом еще.
С уколом страха она подскочила с кресла.
– Я приведу врачей…
Но это был смех Куина. Не смертельное удушье.
Сначала он смеялся напряженно, а потом с нарастающей силой, пока кровать не затряслась от хохота, причина которого была понятна только ему.
– Не вижу ничего веселого, – буркнула она.
– Я тоже, – встрял Блэй. – В чем, черт возьми, твоя проблема?
Куин просто продолжил смеяться, наслаждаясь одной Деве известно чем.
Лейла перевела взгляд на Блэя.
– Кажется, мне хочется ударить его.
– В настоящий момент это бессмысленно. Подожди, когда он поправится, а потом врежь хорошенько. Более того, я подержу его для тебя.
– Верное… решение… – простонал Куин.
– Я согласна. – Лейла положила руки на бедра. – Блэй абсолютно прав… я ударю тебя позже. И ты научил меня, куда именно стоит бить мужчину.
– Какая прелесть, – пробормотал Блэй.
После они замолчали, ее сердце воспарило от того, как мужчины многозначительно смотрели друг на друга, Может, сейчас они смогут прийти к гармонии?
– Я должна проверить остальных, – быстро сказала она. – Узнать, не нуждается ли кто в кормлении…
Куин схватил ее руку.
– Ты?
– Нет, я в порядке. На прошлой неделе ты был более чем щедр. Я чувствую себя очень сильной. – Она наклонилась, целуя его в лоб. – Отдохни. Я загляну позже.
Проходя мимо Блэя, она нежно сказала:
– Поговорите. Я скажу остальным, чтобы вам не мешали.
***
Когда Избранная ушла, все, на что был способен Блэй – это смотреть в неверии на идеально причесанную голову удаляющейся Избранной.
