Возрожденный любовник полностью

И все же… почему она должна доверять таким эмоциям? Может, это просто более сильная версия того, что она чувствовала к Куину. Или же Дева-Летописеца таким образом обеспечивала выживаемость расы, биология брала верх над логикой.

Отбросив такие богохульные мысли в сторону, она сосредоточилась на своей работе, своей миссии, благословенном содействии, являвшимся единственной возможностью приносить пользу теперь, когда роль Избранных почти сошла на нет.

Предоставление крови достойным мужчинам – все, что осталось от ее предназначения. Все, что было у нее в жизни.

Вместо того чтобы думать о себе или своих чувствах, она должна поблагодарить Деву-Летописецу, что прибыла сюда вовремя, чтобы исполнить священную обязанность… и затем она должна вернуться в особняк, дабы найти другие возможности быть полезной.

– Джон, что изменилось?

В спальне, которую когда-то делили они с Хекс, Джон подошел к окнам и почувствовал, как холод проникает сквозь прозрачное стекло. Сады внизу купались в охранном освещении, благодаря сиянию фальшивой луны цемент вокруг синевато-серой плитки на террасе казался фосфоресцентным.

Глядя на пейзаж, он понял, что смотреть особо не на что. Все приготовилось к зиме, клумбы накрыты тентом, фруктовые деревья согнулись, бассейн пуст. Опавшая листва кленов и дубов, росших на опушке леса, стелилась по скошенной чахнущей траве, словно бездомные в поисках убежища.

– Джон. Какого черта происходит?

В конечном счете, Хекс еще не согласилась, и он не винил ее. Крутые развороты дезориентировали, а реальная жизнь чертовски точно не располагала ремнями безопасности или воздушными подушками.

Как ему объясниться? – гадал он в поисках подходящих слов.

В конце концов, он развернулся, поднял руки и показал: «Ты была права».

– Насчет чего?

Да насчет всего, подумал он и вновь начал двигать руками:«Прошлой ночью я видел, как Куин пошел под обстрел… в одиночку. Роф был ранен, мы пробивались, Братство еще не прибыло на помощь… повсюду свистели пули. Шайка Ублюдков нас окружила, и у нас кончалось время из-за ранения короля. Куин… понимаешь, он знал, что больше пользы принесет снаружи… знал, что если сможет обезопасить гараж, то у нас появится возможность вывести Рофа. И… да, меня это убивало, но я дал ему пойти туда. Он мой лучший друг… и я отпустил его».

Хекс подошла к креслу и медленно опустилась в него.

– Вот почему у Рофа перевязана шея… а Куин…

«Он пошел против Кора один на один, и подарил Рофу лучший шанс на выживание». – Джон покачал головой.– «Повторюсь, я отпустил его, поскольку… знал, что он должен сделать то, что может. Это был правильный поступок в той ситуации».

Джон начал выписывать круги по комнате, затем остановился у подножия кровати, положил руки на бедра, потирая их вверх-вниз.

«Куин хороший воин… он силен и решителен. Настоящий громила. И благодаря его действиям Роф выжил… поэтому, да, Куин был прав, хотя это было опасно».

Он посмотрел на нее.

«С тобой та же ситуация. Нам нужно то ружье, чтобы объявить Ублюдкам войну… у Рофа должны быть доказательства. Ты – охотница, которая может выйти на улицу при дневном свете… что не под силу никому из нас. В твоем распоряжении также симпатские способности, на случай, если все покатится к чертям. Ты подходишь для этой работы… даже если мысль о том, что ты окажешься рядом с ними, наводит на меня ужас, послать тебя в их лагерь будет правильно».

Наступила долгая пауза.

– Я не… знаю, что сказать.

Джон пожал плечами.

«Поэтому я не стал ничего объяснять заранее. С меня тоже довольно разговоров. В каком-то смысле, это всего лишь пустая болтовня. Важны действия. Доказательства».