Он смеется, замечая мое раздражение, и, мягко беря за руку, сажает на диван подле себя.
— Зачем пришла? Я же сказал: отдыхай.
— Какой может быть отдых! — говорю, поправляя юбку. — А кто будет «Атакой» заниматься?
Сергей мнется и как-то очень довольно смотрит на меня.
— Я думаю, с «Атакой» мы решим, — отвечает неопределенно.
— Что значит решим? — переспрашиваю я.
— Ты знаешь, я собираюсь отказаться от «Атаки», — с каким-то вызовом он глядит мне в глаза. — Пусть Романов ищет другого дизайнера.
Сижу, будто оглушенная. Не могу поверить. Мой проект! Горы эскизов! Все бессонные ночи — коту под хвост?
— Но почему? Нам же так нужен этот контракт? Это такая реклама нашей фирме…
— Не все измеряется деньгами, Лизочка, — он впервые называет меня так ласково, а я чуть не морщусь от звука собственного имени. — Не хочу иметь дело с Романовым. Таких «Атак» у тебя знаешь сколько будет…
Сергей обнимает меня и привлекает к себе. Чувствую себя глупой школьницей рядом со строгим учителем.
— Я столик закажу в ресторане. Будь готова к пяти, — говорит мягким низким голосом, поглаживая меня по голове.
Чего? Аааа. Ресторан. Надо обрадоваться. С трудом растягиваю губы в вялой улыбке, иначе заметит, что что-то не так.
— Хорошо, — отвечаю, сделав довольное выражение лица. — Буду готова.
Алексей
Утром всегда смотришь на мир другими глазами. Утром все кажется не таким, как вчера. Вот и мне утром все вчерашнее теперь кажется глупостью несусветной.
Только успел принять душ и позавтракать — звонок в дверь. Милка!
— Привет… — говорю, растягивая слово. — Не ожидал…
— Ты не ждал, а я пришла, — поет она, садясь на диван в одной из своих самых соблазнительных поз.
— Чем обязан?
Отхлебываю кофе. Ей не предлагаю — иначе поймет как приглашение остаться подольше.
— А ты не догадываешься, Алекс? — ее мурлыканье меня раздражает, аж щека дергается.
— Где Паша? — спрашиваю, не отвечая на ее вопрос.
— Паша… Паша… Алекс, ты что, слепой? — заводится она. — Я что к тебе о Паше говорить пришла?
Терпеть не могу разборки! Зачем? Если дойдет до слез, вообще буду чувствовать себя последним подонком!
Милка подходит ближе, встает так, чтоб я видел вырез платья и выпирающую грудь. Ловит на сиськи. Потом расстегивает верхнюю пуговицу на блузке и кладет мою руку на свою грудь. Не скрою, меня заводит. Даже больше. Я ее хочу. Вернее, хочу не ее, а красивую женщину, так откровенно желающую меня и предлагающую мне себя. И если б не Пашка, мы бы уже кувыркались в постели.
— Мил, — говорю глухим голосом, с трудом отрываясь от нее. — Иди домой.
Она мгновенно вспыхивает. Смотрит с такой ненавистью, что не измерить. Потом вдруг глаза наполняются слезами, и она начинает всхлипывать.
— Мил, — прошу уже другим тоном. — Ты шикарная женщина, но мы с тобой давно решили ничего не начинать. Присмотрись к Пашке.
Она встает резко, картинно, одним красивым движением накидывая на шею легкий фиолетовый шарф. Она медлит, еще надеется, что передумаю. И я почти передумал, послал все к черту, опьяненный соблазном доступности, но она уже поворачивается спиной, а со спины она так похожа на Лизу, что я трезвею.
В обед я все еще в квартире. Накопились документы, электронка. Когда почти все закончил, приходит Пашка. Выругался про себя, увидев в глазок его румяную физиономию.
— Здорово! — Пашка, как всегда, в хорошем настроении и одержим какой-то идеей.
— Проходи, — не очень радостно приглашаю я его.
Он в легкой коричневой куртке и сандалях, хотя на улице почти ноль. Руки трет о светло-коричневые джинсы. Будет просить взаймы. Действительно, поболтав о работе и погоде, Пашка аккуратно намекает, что совсем на мели. Смотрю на него и думаю, в каких идиотов превращает нормальных мужиков красивая женщина. У него пальцы на ногах замерзают, а он думает, где бы раздобыть деньги на брюлики для «Милочки».
После пашкиного ухода еще минут 20 прихожу в себя. Кажется, что сам вязну в его любовной дури.
Выводит из оцепенения вибрация телефона. Звонит Ивашкин. Еще не взяв трубку, подозреваю подвох. Ну кто бы сомневался! Предлагает мне обратиться в другую дизайнерскую фирму — у него, видите ли, недостаточно ресурсов.
Если честно, у меня тоже их недостаточно, и, чтобы реализовать проект Лизы, придется что-то придумать. Но отказываться я не собираюсь. Только вопрос: как мне убедить Ивашкина. Поэтому играю по его правилам: не показываю и виду, что заинтересован в нем, но между прочим замечаю, что у отца в планах было оформление большого торгового павильона, и теперь эти деньги пройдут мимо Ивашкина. Он задумывается. Вспоминает вдруг, что такие вопросы по телефону не решаются, но я категорически заявляю, что дела не позволяют мне лично обсуждать с ним все нюансы, и, если он все-таки возьмется за «Атаку», я ему полностью доверяю.
