Придя наконец в себя, я подошёл к скамейке, на которой сидел мой друг, поражённый услышанным. Я расположился рядом, не в силах произнести ни слова. Тем временем в нашу сторону двигался какой-то человек, принятый мной сначала за обычного прохожего, путь которого просто лежал мимо нас; но он, дойдя до нашей скамьи, остановился. Мы с другом синхронно подняли глаза, и к тому удивлению, которое мы ещё не до конца пережили, добавилось новое. Перед нами стоял тот, кого большинство людей в его ведомстве называли Хозяином. Только сейчас он был похож скорее на покорного ученика, встретившего на другом континенте своего учителя.
– Представляю, что ты сейчас чувствуешь, – сказал он. – Я переживал такие же эмоции. Давай-ка пройдёмся…
Как же будет прекрасно общество, в котором после получаса анализов тебе смогут подсказать, где лучше попробовать свои силы. Способности – понятие не количественное, а качественное, и десяток настоящих специалистов всегда обставит тысячу посредственностей. Я испытал это на себе, когда наш взвод из двадцати бойцов, проведя разведку и перерезав все коммуникации врага, взял в плен полторы тысячи человек, которые были уверены, что попали в окружение целой армии. Может, такой же, только «интеллектуальный спецназ», находившийся под командованием самых влиятельных людей Земли, опустил на колени всю планету, истребив половину населения, а второй половине внушив программу саморазрушения? Если это и правда так, то что им помешает повторить подобный сценарий ещё раз? Кто будет направлять их энергию в мирное русло?
Эти вопросы не покидали нас обоих, пока добродушный проводник поезда, переквалифицировавшийся на время в водителя, вёз нас в космопорт.
– Давно ты работаешь у Инквизитора? – спросил я своего бывшего подчинённого, сидящего за рулем. – Почему вчера мне всю правду не рассказал? И зачем устроил спектакль с братьями по оружию? Они тоже просто играли свои роли?
– Я хочу извиниться за это, – не отрывая глаз от дороги, виноватым голосом начал он. – Это не было спектаклем. Парням я всего лишь навсего сказал, что вы приедете в город и остановитесь у меня. Они вас безмерно уважают и просто хотели показать это лично. Нас уже немного осталось, а тех, кто непосредственно служил под вашим командованием, и того меньше. Я только хотел показать, насколько изменился город с тех пор, как у нас сменился Главный Инквизитор. До провинции это ещё не дошло, но обязательно придёт, если исполнятся все его задумки. Он ещё не сломал ту систему, которая была при старой Инквизиции, но процесс запущен, и поэтому вы ему нужны. А мы нужны вам, ведь генерал без армии – как король без фигур на шахматной доске. Мы и есть ваши фигуры и пешки, и если понадобится, то жертвуйте нами в том количестве, которое потребуется. Нам всё это уже надоело; мы хотели перемен, мы молились о них, и Бог нас услышал. Первый год Инквизитор просто присматривался, собирал информацию и только недавно начал активные действия. Но без союзника, за которым пойдут остальные, он проиграет.
– Дело принимает неожиданный оборот, – недоумевая, ответил я. – То есть я ему ещё и для революции нужен? Грамотный этот парень: мы с вами – под танки, а он – за орденами! Этого я ему не обещал, да и он не спрашивал. Наверное, об этом меня его покровители попросят, когда я с ними на Большой земле в Главном управлении инквизиции встречаться буду. Неужели он думает, что я соглашусь? Теперь всё встало на свои места: значит, он меня не убил как раз для этого, а если на встрече я попытаюсь сдать назад, там всё и закончится. Видимо, не разгадать мне нашей тайны. – Сказав эту фразу, я оглянулся на заднее сиденье, на котором с задумчивым лицом сидел мой невидимый спутник.
– Не торопись с выводами, – произнёс тот, глядя в окно, за которым проносились трущобы Сиднейского пригорода. – Я чувствую, что он не настолько примитивен, как тебе кажется. В общем, будем ориентироваться по ситуации на месте.
– Вы плохо думаете о нём, – вновь начал меня убеждать наш водитель. – Просто знайте: что бы вам там ни предложили, мы заранее согласны на это пойти. Многих наших детей сейчас обучают по их методике, результаты поражают, ни в какое сравнение с аналогичными в муниципальных школах не идут. И дело не только в этом. Мне, к примеру, протез надо было отремонтировать, так всё бесплатно сделали. Про пансионат я вообще молчу – до него большинство парней, которых вы вчера видели, жили на улице. Дело сдвинулось с мёртвой точки.