Возвращение полностью

Барри все еще ничего не помнит, и чувство затерянности во времени переполняет его тяжким экзистенциальным ужасом. Словно ты только что пробудился от кошмара, когда грань между сном и явью еще туманна, и пытаешься разговаривать с призраками. Он помнит лишь собственное имя, все остальное словно не в фокусе.

На диване перед телевизором лежат пустая коробка от диска и пульт. Барри садится и нажимает кнопку.

Женщина на экране сидит на том же самом месте, где он сейчас, ее плечи укутаны одеялом, на столике перед ней исходит паром чашка с чаем. Она улыбается в камеру и отводит с лица седую прядь, а сердце Барри вздрагивает.

«Как все странно, – женщина издает нервный смешок. – Ты должен увидеть эту запись шестнадцатого апреля две тысячи девятнадцатого года, в наш «любимый» день в истории. Твое сознание и воспоминания из предыдущей временной линии только что заняли свое место. Во всяком случае, должны были. С каждым циклом память возвращается к тебе все медленней и все непредсказуемей. Иногда выпадают целые жизни. Потому я и записала это видео – во-первых, хочу сказать тебе, чтобы ты не боялся, ведь ты, наверное, удивлен, что оказался на исследовательской станции в Антарктиде. И во-вторых, я хотела бы кое-что сказать тому Барри, который помнит все временные линии – но не тому, с которым я сейчас живу. Поэтому прошу тебя – если память еще не вернулась, нажми на паузу».

Барри останавливает видео.

Вокруг тихо. Только ветер ревет снаружи. Он идет на кухню, делает себе кофе, и грудную клетку вдруг сдавливает.

На горизонте еще одна буря. Эмоциональная.

Глухая болезненная пульсация в основании черепа. Внезапное кровотечение из носа.

Бар в Портленде.

Хелена.

Которая постепенно раскрывает ему правду о себе.

На рубеже тысячелетий они покупают заброшенную полярную станцию.

Завозят сюда кресло и сопутствующее оборудование – арендованный ими «Боинг-737» едва не разбился при посадке на ледовую полосу.

Вызывают команду физиков – очевидно, отобранных еще в предыдущих временных линиях, – находящихся в неведении относительно истинной цели исследований. Пробуривают сквозь лед скважину в полторы мили глубиной и опускают комплект высокочувствительных детекторов света более чем на милю ниже поверхности. Назначение сенсоров – фиксировать одни из самых загадочных элементарных частиц, нейтрино. Нейтрино не имеют заряда, почти не взаимодействуют с обычным веществом и, как правило, происходят из таких космических объектов, как сверхновые, ядра галактик и черные дыры (соответственно позволяя их обнаружить). Если нейтрино сталкивается с атомом земного вещества, образуется частица под названием мюон, которая движется быстрее скорости света в среде, и в результате лед излучает свет. Как раз световые волны, вызванные прохождением мюонов через лед, они и собрались искать.

Теория Барри, разработанная им в предыдущих временных линиях, утверждала, что если в момент перехода чьего-то сознания в более раннее воспоминание возникают и тут же исчезают микроскопические черные дыры и кротовые норы, детекторы смогут зафиксировать световые волны, порожденные мюонами, в свою очередь порожденными испускаемыми черными дырами нейтрино при столкновении с земными атомами.

Они ничего не добились.

Ничего не обнаружили.

Команда физиков отправилась по домам.

Шесть жизней истрачено на то, чтобы понять природу кресла памяти, и единственное, чего им каждый раз удавалось добиться, это оттягивать неизбежное.

Барри смотрит на экран, на застывшую посреди жеста Хелену.