Я единственный, кто вернулся из Бездны — кошмарного мира, от которого даже у богов бегут мурашки по коже. Я познал многие Её секреты и научился управлять Её Энергией. И хочу повидаться с теми, кто предал меня много лет назад.Только… почему мое новое тело такое… мертвое? Хм, это юный наследник рода, проигравшего войну кланов? Ладно, держи живительный поджопник, тушка. Пустим Бездну по твоим венам, сразу полегчает.Эй, а с миром-то что случилось? Почему смертные зовут меня Безумным Богом? В смысле прошло десять тысяч лет? Старые боги пропали? Бездна заразила Аномалиями весь реальный мир?И самое главное — куда меня тащат эти стремные типы? На какую еще вивисекцию?Кажется, пора срочно применять полученные знания на практике.
Малая гостиная особняка Соколовых была именно такой, какой и должна быть комната для важных переговоров — элегантной, но не вычурной, уютной, но сохраняющей официальность. Дубовые панели, покрывавшие стены, создавали теплую атмосферу, а массивная антикварная мебель придавала помещению солидность.
Мы расположились вокруг овального стола красного дерева. Князь Григорий занял массивное кресло, обитое темно-зеленым бархатом. Даже после заключения он держался с прежним достоинством, хотя в глазах иногда мелькала настороженность — последние события явно оставили свой след.
Княгиня Елизавета Петровна, элегантная в своем жемчужно-сером платье, села рядом со Светланой. Истребительница сегодня выглядела непривычно женственно в нежно-голубом платье, подчеркивающем цвет ее волос. Несмотря на безупречную осанку, я чувствовал её напряжение — она явно понимала важность момента.
Поймав ее взгляд, я незаметно подмигнул ей. Светлана улыбнулась, едва заметно, краешками губ.
Кристина Валерьевна заняла место справа от меня, положив перед собой внушительную папку с документами. Её темно-синий деловой костюм идеально подходил для серьезных переговоров. Я отметил, как она то и дело бросала внимательные взгляды на Светлану, словно оценивая потенциальную невестку.
Слуги бесшумно сновали по комнате, разливая чай в тонкие фарфоровые чашки и расставляя изысканные пирожные. Но никто не притрагивался к угощению — все были слишком сосредоточены на предстоящем разговоре.
— Что ж… — начал князь Соколов, аккуратно поправляя манжеты рубашки, — давайте перейдем к делу. События последних недель показали, что наши роды должны объединить усилия. Времена меняются, старые союзы рушатся… Нам нужно обсудить условия нашего… партнерства.
Я отметил осторожность в его формулировках. Не «союз», не «объединение» — только «партнерство». Старый лис явно не хотел связывать себя слишком определенными терминами на начальном этапе переговоров.
— Прежде всего следует обсудить раздел имущества Кривотолковых, — подхватила Кристина Валерьевна, открывая свою папку. Её голос звучал спокойно и профессионально, — У нас есть полный список активов и предварительные предложения по их распределению.
Она начала раскладывать документы на столе — схемы, карты, списки имущества. Каждая бумага была безупречно подготовлена и снабжена подробными комментариями. Старшая Хранительница Очага Безумовых умела произвести впечатление своей деловой хваткой.
Следующие два часа прошли в жарких спорах за самые жирные куски бывшей империи Кривотолковых. Я поражался тому, насколько хорошо Соколовы были осведомлены о ценности каждого актива. Они явно подготовились не хуже нас…
— Северные склады исторически принадлежали роду Соколовых, — твердо заявил князь, постукивая пальцем по карте, — Еще мой прадед построил там первые хранилища. То, что Кривотолковы захватили их обманом, не отменяет наших исконных прав.
— Но алхимические лаборатории, расположенные на этой территории, были построены Безумовыми, — парировала Кристина Валерьевна, — У меня есть документы столетней давности, подтверждающие это. И согласно императорскому указу о реституции, мы имеем приоритетное право…
— А как быть с речными доками? — вмешалась княгиня, — Без них северные склады теряют половину своей ценности. К тому же доки требуют серьезного ремонта — Кривотолковы довели их до ужасного состояния.
Я украдкой наблюдал за Светланой. Она внимательно следила за дискуссией, но почти не вмешивалась. Только иногда я ловил на себе её быстрые взгляды, в которых читался неподдельный интерес. Похоже, деловая хватка её родителей её не слишком увлекала.
— Что касается артефактов и магических предметов… — начал я, но князь решительно перебил:
— Вот тут ситуация особенно сложная. Многие артефакты были украдены Кривотолковыми у других родов. Теперь законные владельцы требуют их возврата.
— Вплоть до скандалов и угроз обратиться в Императорский суд, — вставила Елизавета Петровна.
— Но есть и уникальные экземпляры, созданные самими Кривотолковыми… — продолжал князь, — Нам с вами нужно постараться сохранить их все за собой. И в законах есть одна лазейка, создающая прецедент…
Спор становился все жарче. Каждый артефакт, каждый документ, каждая безделушка вызывали новые дебаты. Я поражался тому, насколько Кристина Валерьевна и Георгий Соколов были осведомлены об истории каждого предмета. Как будто были лично причастны к их созданию.
Постепенно начал вырисовываться компромисс. Соколовым отходила большая часть торговых путей и складов — у них был больший опыт в этой сфере. Нам доставались производственные мощности и алхимические лаборатории — исконная специализация рода Безумовых. Артефакты договорились делить по происхождению — каждому роду возвращалось то, что когда-то принадлежало его предкам.
Часть отдадим законным владельцам, но за солидную компенсацию.
