Ну и конечно же, ни один пони не может быть подготовлен к встрече с Рампейдж. Выпущенные из минигана пули выбивали искры из её брони, пока она, пригнув голову чтобы защитить глаза, неслась к стоящему в центре жеребцу. Похожая на превратившуюся в пони пилу, она метнулась жеребцу между ног и как только оказалась под ним, резко поднялась. Кровь умирающего жеребца хлынула на её покрытую лезвиями броню и он сжал свои зубы в предсмертных спазмах. Подобно вращающейся турели, Рампейдж окатила огнём из пулемёта двух стоящих слева противников ещё до того, как насаженный на клинки пони обмяк.
— Ловите! — она встряхнулась, снова поднялась и метнула труп в стоящую справа пару. Врезавшееся в них тело отбросило их назад, туда, где мы не могли их видеть, за дверную коробку. Подобно вспышке света, она оказалась над ними, пиная и топча их своими покрытыми клинками копытами. Я не могла видеть причиняемые ею повреждения, но могла видеть разлетающиеся во все стороны брызги крови.
Попавшая мод пулемётный обстрел пара с трудом встала на свои копыта. — Пятнашки! — восторженно закричала она, и метнулась за ними. Затем был крик, влажный мясистый шум и треск штурмовой винтовки.
Сначала я взглянула на П-21, затем на Глори, мы услышали тихий восторженный шум и окровавленная пони вновь появилась перед дверью в мою комнату.
— Хуффингтон… возродится… — произнёс он… или возможно она… пол говорившего было трудно определить из-за всей той крови, что покрывала его тело… тихо, перед тем, как обессилено упасть.
Находящаяся перед ним Рампейдж прогуливалась туда-сюда. Её броня была покрыта кровью и внутренностями убитых противников.
— Серьёзно? И это лучшее на что вы способны? — затем она посмотрела на меня, часть фиолетовых кишок болталась с левой стороны её лица. — Что?
— Знаешь, ты способна быть по-настоящему утомительной, но иногда, я рад, что ты на нашей стороне, — сказал П-21 предельно честно, а затем, он подошел к убитым пони.
— Ах, подойди и обними меня! — произнесла она с широкой улыбкой и широко развела свои залитые кровью передние ноги.
— И это время закончилось, — произнёс П-21.
Я шагнула мимо них и взглянула на мертвых противников. Никаких сомнений, экипировка Предвестников. Я посмотрела в находящийся внизу зал, где с глупыми выражениями на своих лицах стояли мои «гвардейцы». Я, подняв бровь, пристально рассматривала четыре свежих трупа до тех пор, пока один из гвардейцев не признался смущенно:
— Мне приспичило посрать. И я не знаю, чем занимались остальные.
Я потёрла лицо.
«
— А ведь всё, что я хотела — раздобыть дирижабль, — пробормотала я.
На фоне всех ведущихся мероприятий по подготовке к вечеринке, Общество почти не заметило произошедшего на меня нападения. Ох, у меня не было никаких иллюзий о том, что ни один пони не знал о случившемся, но нечто настолько тривиальное, как неудавшаяся попытка цареубийства, была ничем по сравнению со светским мероприятием. Общество хотело получить свою порцию веселья и развлечений, а я была четырёхсот фунтовой киберпони из-за которой всё пошло наперекосяк. Единственным просветом было то, что около дюжины мелких заговоров и интриг полностью развалилось, позволяя Хойти качественно повеселиться, а мне, удвоить раздражение членов Общества.
Лакуна куда-то отлучилась, пытаясь раздобыть что-то для предстоящей вечеринки. Глори исследовала мёртвых Предвестников, выискивая хоть что-нибудь, что пролило бы свет на то, как они пробрались в здание. П-21 проверял и перепроверял всё, что можно было бы взорвать, поскольку, следуя логике, это было следующим с помощью чего они попытаются от меня избавиться. Бу не отходила от болтающей с Шарм Скотч Тейп. А Рампейдж, после многочисленных, направленных в её адрес, настойчивых просьб помыться и не носить внутренности убитых ею пони в качестве заявления о том, что она тоже разбирается в моде, скучающе сидела рядом со мной в качестве моего «чемпиона». Я публично заявила, что если меня убьют, то у Рампейдж есть разрешение на полную свободу действий для того, чтобы отомстить от моего имени всем, кто в этом повинен. И не стала уточнять, кого именно я имела в виду: исполнивших заказ наёмников, Общество в целом или всех пони Хуффа, что когда-либо посматривали на меня косо. Согласно заявлению Хойти, не подлежит сомнению то, что моё заявление заставило троих заговорщиков на некоторое время отказаться от своих коварных замыслов.
