— Я бы начала готовиться к чему-то плохому. Вооружайтесь. Если понадобится, пополняйте ряды выжившими. Но не глупите и не затевайте грызню друг с другом, — сказала я, чувствуя в своих догадках определённую правоту. Возможно, я ошибаюсь. Может быть, эти зебры пришли сюда по каким-то своим, непонятным мне, зебринским соображениям, но мне всё это не нравится.
В течение нескольких секунд я ждала, что они рассмеются надо мной или отчебучат какую-нибудь ироничную остроумную подколку, но четверо пони кивнули, соглашаясь. Кэндлвик сказал, что какого-то пони по имени Напалм убедить будет непросто, но никому неохота быть растоптанным зебрами, или Охранницей. Я похлопала Шторм Фронта по плечу и кивком головы отозвала в сторонку. Он нахмурился, но всё же отошёл со мной от остальных. Рампейдж, похоже, решила, что я флиртую.
«Вопрос безопасности…» шепнула фиолетовой единорожке маленькая розовая пони у меня в голове.
— Ты был в составе разведки Анклава? — спросила я. Он помолчал, оглядывая меня и как бы решая, как много информации о его прошлой жизни можно доверить мне, но кивнул.
— Знаешь что-нибудь о Лайтхувзе?
— Ты о том, кого нельзя называть? — ухмыльнулся Шторм Фронт. — Да уж. Я его знаю. Умный ублюдок. До жути упёртый. Мы все любим Тандерхед, но я точно уверен, что он хочет подмять под Тандерхед весь Анклав.
— Ты знаешь о его биологическом оружии? — спросила я, понизив голос.
— До меня доходили такие слухи, прежде чем я ушёл, — ответил он. — Он искал на поверхности какую-то чуму, чтобы поставить её на вооружение и широко применять. Нейварро дали ему добро, ведь на пегасов она не действует.
— Теперь действует, — мрачно сказала я. — Лайтхувз создал новый штамм. Он планирует использовать его против пегасов, лояльных Нейварро.
Шторм Фронт в шоке уставился на меня.
— Это… это безумие! — это было и моей основной реакцией.
— Если он не планирует использовать это против других поселений вокруг Нейварро. Или чтобы удержать их от вступления в борьбу. Или… нет, он не может пойти на такое.
— Давай просто представим, что он может. Так что ты мне скажешь? — напрямую спросила я.
— Анклав, он… на бумаге… демократический. Мы избираем наших мэров и советников. Конечно, избираться могут только члены Анклава, но каждые десять лет каждое поселение получает вотум доверия на Большой Анклав Пегасов. По-сути это шутка, потому что Нейварро контролирует оружие и всегда следит, чтобы все пони знали, кто за это отвечает. Так что, на самом деле это вотум лояльности. Попробуй не проголосовать за Нейварро и тебя отрежут.
Я припомнила, как кто-то рассказывал мне, как Анклав периодически устраивает «спектакли».
— Если Нейварро лишится вотума доверия, бразды правления должны перейти к следующему по запасам ресурсов поселению. Должны быть назначены новые представители. Нейварро придётся уйти в отставку, или явить всем свою бандитскую сущность.
— Так на каком же этапе выборов в игру вступает биологическое оружие? — спросила я, немного сбитая с толку.
— Им можно контролировать счётчик лояльности. Голосуйте за Нейварро и окажитесь под угрозой заражения.
Я почувствовала, что мне хочется кого-нибудь пристрелить и это, видимо, стало заметно, потому что Шторм Фронт поспешно добавил:
— Я не думаю, что он в самом деле пойдёт на такое. Но как вариант, это позволило бы другим голосовать в пользу Тандерхед не опасаясь репрессий со стороны Нейварро.
Мне начало казаться, что политика вызывает у меня головные боли похлеще, чем Богиня.
— Разве это не из тех вещей, что подрывают и унижают саму суть демократии? «Голосуйте за нас, или мы вас пристрелим». «Голосуйте за нас, или сожрёте своих детей»?
— Ты так говоришь, будто в Анклаве когда-нибудь бывали честные выборы, — цинично усмехнулся Шторм Фронт. — То, что тебе на самом деле нужно понять, это то, что большинство в Анклаве не так уж любят Нейварро. Они бандиты, забирающие себе самые сливки с урожаев и оставляющие другие поселения бороться за выживание. Ты должна либо присосаться к ним как клещ, или привыкнуть посылать бесконечные запросы и получать отказ. Множество поселений поддержат любую оппозицию в надежде, что что-то изменится к лучшему. Даже Тандерхед. В Тандерхед это отлично понимают. Башня является предметом споров, но кроме прочего, через торговлю с поверхностью она поставляет на небо необходимые вещи.
Я вздохнула, чувствуя как нарастает головная боль.
— Хорошо. Суть в том, что я не оставлю такое оружие ни в чьих копытах. Даже если он не использует его против остальной части Анклава, Нейварро может направить его против поверхности.
Жеребец задумчиво кивнул. Люблю умных пони.
— Где, по-твоему, он может держать подобное оружие? Прошу, скажи, что на поверхности!
— В башне Шедоуболтов, — ответил он без раздумий. — Несомненно. Нейварро хочет захватить Башню, так что он не выложит его на виду. Скорее всего, в верхней части, над единорогами и под командным центром Шедоуболтов.
— Ясно, — я глубоко вздохнула. — Как какой-нибудь пони может пробиться в башню, если ему вдруг приспичит?
— Никак. Это невозм… — он уставился на меня и замолчал.
